Мир на грани полностью

Пока друзья продолжали возиться, он устремил взгляд в окно, опасаясь, что снаружи можно заметить свет. Но лампа находилась в глубине кухни и горела так тускло, что сквозь шторы её не должно быть видно.

Алисия принесла стальную коробку аптечки и открыла её. Внутри наряду с бинтами и антисептиками оказались шприцы с лидокаином и адреналином.

Пока друзья перебирали содержимое аптечки, Натан достал керамбит, чтобы вспороть пропитавшуюся кровью повязку из лоскута собственной рубашки и намотанной поверх ткани персикового цвета. Это всё, что во время поездки смогла сделать Алисия. Причём из-за обильного кровотечения она даже оторвала лоскут от подола платья.

Алисия зажмурилась, выдохнула… и решительно посмотрела на Бернарда.

— Ты переживал, что оставишь записи Густава, если придётся уезжать, — напомнила она. — И переживал о Вране.

— Да, но…

— Иди.

Алисия откинула с лица тёмно-рыжую прядь волос и приблизилась к Натану.

Бернард лишь ухмыльнулся и выскочил из кухни.

Практически немигающий пристальный взгляд Натана вонзился в Алисию. Это был взгляд, который принадлежал не ленивому простаку-имперцу, а совсем другому человеку — тому, который скрывался под маской дружелюбия.

Заметив это, Алисия закусила губу и попросила:

— Дай.

Потянувшись к керамбиту, она заколебалась, ведь предстояло прикоснуться к орудию убийства. Правда после этого, резко выдохнув, взялась за рукоять.

Алисия вспорола и сняла повязку. Положив нож на стол, присмотрелась к ране. Крови было много: пуля прошла навылет через мягкие ткани. Не издавая ни звука, не показывая ни страха, ни отвращения, Алисия попыталась промыть рану. Лицо Натана тут же исказилось в гримасе боли, и тогда подруга вновь потянулась к аптечке, достала шприц и вколола обезболивающее.

Алисия принялась обрабатывать рану, действуя как можно аккуратнее, уже без нервного напряжения. При этом она стояла настолько близко, что Натан прекрасно ощущал едва уловимый аромат её духов, чувствовал лёгкие и будто бы случайные прикосновения бедром.

Словно осознав это, Алисия чуть отстранилась. Затем она наложила на плечо Натана бинты.

— Занятно, — едва слышно произнёс Натан. — Не думал, что ты настолько спокойно — и умело — сможешь сделать это.

Алисия вздрогнула от его холодного тона и подняла взгляд.

— Натан, а ты… — Она быстро осмотрелась и понизила голос: — Скажи, ты девиант?

— Что?

— Ты‑ы… Ты проводник?

Натан усмехнулся.

— С чего взяла? — спросил он.

— Ну‑у, иногда ты совершенно… другой. Как если бы все твои эмоции были просто… — Алисия зажмурилась и, опустив плечи, выдохнула. Но затем пристально посмотрела Натану в глаза. — Там, в парке, я почувствовала, что ты манипулируешь эфиром. И делаешь это напрямую!

«Конечно же она заметила! — подумал Натан. — Она ведь искусник».

— И этот твой взгляд иногда! — продолжала Алисия. — Он совсем как!..

— Нет.

— Ч‑что?..

— Я не девиант. — Натан едва заметно улыбнулся. — Я не проводник. Я не психически больной, разменявший способность чувствовать — раз уж физически здоров — на прямое владение эфиром.

— Но… Как тогда ты…

— Это другое. Совсем, — перебил Натан и обманчиво мягким голосом в свою очередь спросил: — А сама не хочешь рассказать, откуда такие эфирные камушки и навыки владения ими?

Алисия замерла и потупила взор. Лишь когда Натан потянулся к раненому плечу, её руки вновь пришли в движение. Она сделала поддерживающую повязку.

Из приоткрытой форточки донёсся звук громкоговорителей, и друзья обратили взгляд к окну.

— Откуда?.. — не поняла Алисия.

— Похоже, со стороны вокзала. Имперцы. Призывают покинуть город или спрятаться в подвалах.

Грохот выстрелов со второго этажа заставил обоих друзей уставиться на потолок.

Первым среагировал Натан. Он вскочил на ноги, схватил со стола керамбит и, покачнувшись, сорвался с места. Алисия же, напомнив себе о происходящем, взяла эфирную лампу и бросилась следом.

***

Поднявшись на второй этаж, Бернард всмотрелся в темноту коридора по обе стороны от лестницы и направился к рабочему кабинету отца. Осторожно ступая по скрипучему паркету, задержался лишь у двери комнаты, в которой ночевала Алисия перед поездкой в Шансенхайм.

«Странно… Почему мне кажется, что прошлой ночью она была не одна? — внезапно подумал Бернард. — Ведь Алисия и так знает Врана, а я совершенно точно относил сюда клетку с ним…»

Пытаясь не замечать появившуюся головную боль, он прошептал:

— Не выдумывай. Просто Алисия давно не играла с Враном. Просто… давно не играла.

Войдя в кабинет отца, Бернард подошёл к окну и задёрнул шторы — и внутри воцарилась кромешная тьма. Он на ощупь нашёл, а затем разжёг эфирную лампу на столе, совершенно такую же, как на кухне. Задержал взгляд на диване, на котором в период работы частенько ночевал Густав.