Упорядоченная структура, если смотреть на нее в отдельности, нарушает Второе начало термодинамики. Однако делает она это без прямого нарушения самого Второго начала. Она перекачивает хаос наружу, забирая долю порядка у других структур. Если вы съели курицу за завтраком, а потом выдали нагрузку в канализационную систему города, то вы именно так и поступили: забрали энергию и упорядоченность у вкусной курицы и отдали ее в весьма неаппетитном виде в окружающую среду. Причем с этим процессом связана еще одна важная абстракция, которая называется очень интересно: «Бег Красной Королевы».
Сюжет «Бега Красной Королевы», который наиболее точно описывает поведение любой упорядоченной структуры «по Пригожину», впервые в аллегорической форме привел в своей классической сказке «Алиса в Зазеркалье» английский математик Льюис Кэррол:
–
–
Именно так ведут себя упорядоченные структуры Пригожина – постоянно, день за днем они собирают, утилизируют и рассеивают энергию, при этом как бы «оставаясь на том же самом месте». Однако на деле, в отличие от Красной Королевы Кэррола и Бессмертных Каттнера, настоящие упорядоченные структуры еще и всегда «идут вперед». Ведь остановка для них – это смерть. Велосипед цивилизации, даже став товарным поездом, все равно рискует упасть на бок, если хотя бы на секунду остановится.
Именно в парадоксальность поведения упорядоченных структур и уперся в свое время «отец термодинамики» Людвиг Больцман, который в конце своей жизни пытался бросать напрямую мостик от идеального газа и его энтропии к биологии и термодинамике неравновесных упорядоченных структур. Именно Больцман предложил это корявое слово – «негэнтропия», как противоположность введенной им в физику энтропии, то есть хаоса.
Великий Больцман, впервые описавший термодинамику статистически, пришел к противоречию – все живое на протяжении всей своей жизни всячески пытается уменьшить свою энтропию, свой внутренний, личный хаос. То есть живое – это не идеальный газ, который стремится к состоянию с максимальным хаосом и максимальной вероятностью; все живое, наоборот, движется в сторону все менее и менее вероятных, все более и более искусственных термодинамических состояний. Все живое создает порядок внутри себя, порождая все более сложные и все более невероятные структуры. Однако догадаться о негэнтропии и упорядоченных неравновесных структурах Больцман не сумел – это сделал позже только Пригожин. И оказалось, что цивилизации не только «живые, но неживые», но они еще и «невероятные вероятные».
Исследования Пригожина по упорядоченным неравновесным структурам вначале касались чисто химических и физических систем, но в дальнейшем он показал, что существует очень широкий класс неравновесных систем, которые тоже являются упорядоченными. Эти системы, оказалось, при определенных условиях могут поглощать вещество и энергию из окружающего пространства и сбрасывать в среду «отходы», за счет чего могут поддерживать свою структуру, а при определенных условиях – и совершать качественный прыжок к усложнению. Казалось бы – какой-нибудь химический раствор, а ведет себя как живое существо!
При этом качественному прыжку с усложнением структуры обычно предшествует общий кризис структуры, который буквально ставит ее на грань выживания. «Победи или сдохни!» – это обычное состояние упорядоченной структуры в момент ее прыжка.
Красная Королева, этот символ жизни любой сложной упорядоченной структуры, любой развитой цивилизации, не только бежит вперед, но и иногда внезапно прыгает вперед и вверх, на качественно другой уровень. Именно в момент возможности такого прыжка и довелось жить нам с вами. И лишь от нас зависит, куда и как мы прыгнем. Ведь наше время – это время очередного кризиса. И суть кризиса, понятное дело, отнюдь не в биржевых индексах. Суть современного кризиса, как и много раз до этого, в кризисе энергии и в кризисе построенной для утилизации этой энергии упорядоченной структуры.
