Квенд Зоал нервно расхаживал по поляне, где лежал Пал Коор, бросая на того тревожные взгляды. Он в самом деле опасался, что организм старика не выдержит огромной нагрузки, и тоненькая нить жизни, связывающая его названого отца с этим миром, в любое мгновение оборвется. Да, с Кристаллом шутки плохи…
Пал Коор слабо застонал, шевельнулся и открыл глаза. Пульсирующее сияние в его руке стало меркнуть, уменьшаясь в объеме, как бы втягиваясь внутрь, пока не погасло совсем.
Губы старого жреца дрогнули:
– Он… ушел… из Орнофа. На… север, как… мы и предполагали. Там… мы его… и перехватим.
– Помолчи, а то из тебя весь дух выйдет, – произнес Квенд с огромным облегчением. – Потом расскажешь, что видел, когда чуть оклемаешься.
– Мне… уже лучше. Силы возвращаются.
– Но ты и могуч! – сказал Квенд с восхищением. – У меня больше чем на двести лиг заглянуть не получается. А ты аж до Орнофа дотянулся!
– Все дело… в уровне концентрации, – произнес Пал Коор. На его щеки медленно возвращался румянец. – Теоретически с помощью… Магического Кристалла можно заглянуть… сколь угодно далеко. Практически же… это ограничивается способностями, уровнем подготовки и физическими кондициями индуктора. Последнее у меня, как говорится, оставляет… ох, как сердце кольнуло!.. желать лучшего.
– Вот и полежи, отдохни… Так, значит, проклятый иномирянин прошел-таки Орноф.
– Маги Змея предприняли попытку задержать его… но потерпели неудачу.
– С ним по-прежнему трое?
– Да. Вот только одежда у них другая, насколько мне удалось рассмотреть.
– А может, спутники у него другие?
– Не думаю. Хотя и не исключаю. Разглядеть детали мне оказалось уже не под силу. Этого Рангара Ола я и то увидел благодаря его кольцу. Кристалл порой показывает то, что не может увидеть самый зоркий глаз. С кольцом иномирянина та же штука, оно дает некую, четко различимую светоносную ауру… – Пал Коор поднатужился и, кряхтя, сел.
– Ну, ты вообще уже молодец, – одобрительно констатировал Квенд. – На вот, хлебни еще глоточек крепенького, и все будет в полном ажуре. Вот так… Ну и где мы будем встречать нашего дорогого друга? До Поселка Рудокопов или после?
– Я думаю, после. Если мне не изменяет память, в ста пятидесяти лигах от Поселка Рудокопов по направлению к Брану есть чудное местечко для засады. Когда-то оно называлось Ущелье Демонов, но затем по высочайшему вердикту было переименовано в Холодное ущелье. Место в самом деле прекрасное для нашей цели. Только мы должны хорошо подготовиться, Квенд, очень хорошо. Я уже говорил это, но готов повторить еще много раз. Больше проколов быть не должно. Возможно, это наш последний шанс.
– Подготовимся… – Губы Квенда дрогнули в зверином оскале. – Как мы туда попадем? С помощью Кристалла?
– Естественно, никак иначе мы не успеем. И не позже чем через два дня мы должны быть на месте. Надо успеть собрать Ночных Убийц. Коль не получилось взять иномирянина умением, возьмем числом. Ну перебьют эти четверо двадцать, ну тридцать человек… Но сто человек их раздавят!
– А мы наберем столько?
– Мы наберем больше. На всякий, как говорится, случай. До Брана Рангар добраться не должен.
– Не должен, значит, не доберется! – поставил точку Квенд, и глаза его хищно блеснули предвкушением грядущего торжества.
За полный световой день, от сумерек ранних до сумерек вечерних, путники преодолели больше ста лиг. Ехали очень резво, всего с двумя короткими привалами, так что когда Рангар скомандовал остановку на ночлег, тархи были в мыле, да и седоки тоже. Причиной такой усталости послужила не только высокая средняя скорость движения, а и тот факт, что последняя треть дневного перехода представляла собой практически сплошной подъем: начались восточные отроги Серых холмов, которые здесь были гораздо выше, чем в других местах, плавно переходя в предгорье Медных гор.
– В последнее время у нас не было необходимости в несении ночных дежурств, – сказал Фишур. – Полагаю, эту практику надо возобновить. Правда, теперь на подмене не будет уже нашего доблестного рыцаря. – Он усмехнулся.
– Я буду стоять ночные вахты наравне со всеми, – заявила Лада, тряхнув волной волос.
– Но послушай, Ладушка… – слабо запротестовал Рангар, но Лада едва дала ему раскрыть рот.
– И слушать не хочу! Может, ты меня положишь в колыбельку и дашь соску?
– Лада, Лада, не горячись, – вмешался Фишур. – Выслушай хоть меня, немолодого уже человека. Скажи, разве ты дашь помереть нам, троим мужикам, с голоду? Разве прекратишь стряпать разную вкуснятину, нашу единственную отраду в этом суровом и тяжком походе, если не считать глоточка доброго рн'агга? Ведь ни я, ни Рангар, ни Тангор не можем даже приблизиться к твоему кулинарному мастерству!
Лада зарделась и смущенно произнесла:
– Ну что ты, Фишур… скажешь такое. Готовлю как умею, ничего особенного. И буду готовить, если вам нравится.
