Енох вскинул ладони. Шерая возилась с цепями, не обращая внимания на мгновенно изменившуюся атмосферу.
– Коалиция ей заинтересуется, – бросила она, переключаясь на кандалы вокруг болезненно худых и израненных ног девушки.
– Я знаю.
– Точно хочешь этим заняться? Мог бы передать заботу о ней кому-нибудь другому.
– От Лэндтирса ничего не осталось, никто ее не защитит и не поддержит.
– Но это сделаешь ты?
Шерая не могла не понимать, что девушка нужна им. Если демоны прятали ее здесь, значит, она нужна была им для какой-то цели. Возможно, даже то, что они ее бросили, было частью их плана, но это не означало, что Гилберт позволит Сонал из рода Арраны, принцессе Лэндтирса, и дальше гнить в камере.
На самом деле Шерая переживала за него – думала, что Гилберту будет тяжело находиться рядом с девушкой, буквально воскресшей из мертвых, которая должна была стать частью рода Лайне. И что та, когда заговорит, наверняка будет очень злой и спросит, почему ей помогает Гилберт, а не
– Просто освободи ее, – пробормотал Гилберт, заметив, как Сонал пытается пошевелить рукой. Он мгновенно поймал ее хрупкую ладонь, покрытую гниющими ранами и струпьями, со сломанными и вырванными ногтями, и несильно, успокаивающе сжал. Изобразив самую дружелюбную улыбку из всех, которая только была в его арсенале, он произнес: – Пожалуйста, потерпите немного, Ваше Высочество. Мы обязательно…
– Фортинбрас? – совсем тихо прохрипела Сонал. – Это вы?
Гилберт шумно вдохнул. Шерая продолжила аккуратно ломать кандалы магией, а Енох с невозмутимым выражением лица вышагивал за пределами камеры, будто высматривал опасность, и делал вид, что ничего не услышал. Сонал слабо сжала ладонь Гилберта и повторила:
– Фортинбрас, я…
– Я Гилберт, – кое-как выдавил юноша. – Гилберт, помните, Ваше Высочество?
Вряд ли она помнила. Да и повзрослевший Гилберт и впрямь напоминал Предателя в те времена, когда он еще был просто Фортинбрасом из рода Лайне.
– Что?.. Где…
– Тише, Ваше Высочество. Потерпите немного, мы вот-вот вас освободим и доставим к целителю.
– Но где…
– Потом, Ваше Высочество. Все вопросы – потом.
Если он вообще доживет до этих вопросов. Если Сонал вдруг не впадет в истерику и не попытается наброситься на него. Если он сумеет выдержать огромные пласты воспоминаний, наваливающихся от одного вида принцессы.
– Все, – объявила Шерая.
– Итак, Ваше Высочество, – натянуто улыбаясь, произнес Гилберт, – нам пора уходить.
Шерая сформировала портал, ведущий в особняк, и Гилберт аккуратно поднял Сонал на руки, не потревожив ее ран и не вызвав волны паники. До которой, должно быть, оставались считаные минуты, если не секунды, поэтому следовало как можно скорее добраться до Марселин.
– Узнай, есть ли тут что-то еще, – приказал Гилберт Шерае, быстрым шагом направляясь к порталу. – И не возвращайся, пока не прочешешь каждый клочок пространства. Мы с Марселин справимся.
Вот если бы они с Марселин еще могли справиться с главным вопросом: как бывшая невеста его опального брата оказалась здесь?
– Сукин сын! – по слогам прокричала Зельда, агрессивно топча ногой пепел и поджарившиеся куски плоти. – Сукин сын! Су…
– Зельда! – не выдержал Себастьян. – Хватит орать!
– Сам прекрати орать! Из-за этого сукиного сына мы…
– Еще одно слово, и, клянусь, я сдам тебя в психушку!
Зельда уперла руки в бока и показала ему язык. Себастьян раздраженно закатил глаза и отвернулся.
Она даже не знала имени этого на голову отбитого идиота, который, стоило и Зельде, и Себастьяну выйти на него, позволил хаосу превратить его в темное создание. Никто не отрицал, что нападение тварей, вероятнее всего, и стало причиной смерти Джевела, однако осмотр тела не дал никаких ответов: где-то была содрана кожа, где-то вырваны мышцы, волосы слиплись от крови, глазницы пусты, язык отсутствовал, фаланги пальцев отрезаны. Поэтому рассматривались и другие версии. Отравление ядом или дымом, удушение, магия, запрещенные чары, старое доброе хладнокровное убийство, прочая муть… В общем, за основную версию они принимали хаос темных созданий, но были обязаны проверить и другие.
Все шло относительно хорошо ровно до тех пор, пока этот долбанутый эльф не решил убить их.
Первым делом Зельда и Себастьян изучили покои короля, осмотрели тело, все еще лежавшее на кровати – вернее, то, что от него осталось. Пока Себастьян обыскивал остальные комнаты, Зельда изучала место убийства и жертву магией. За каждым их движением следила дюжина рыцарей, и Зельде хотелось выцарапать им глаза.
Хотя, возможно, дело было в хаосе, витавшем в воздухе. Не в концентрации, из-за которой мог умереть король, а скорее в мелких частичках, которые есть везде. Тех самых, благодаря которым маг Анка доказывала, что хаос и магия ближе, чем все привыкли думать.
