– Где вы? Пауки! – закричала и побежала туда, откуда брезжил тусклый свет.
Подъём и здесь оказался крутым. Она попыталась подняться, однако скатилась обратно, ударившись тазом.
– Как же мне выбраться отсюда?
Снова попыталась, но тщетно, опять почти добравшись до верха, полетела чуть ли не кубарем вниз, в итоге расправила крылья и взлетела, которые концами перьев цеплялись за стены, и она лавировала то вправо, то влево, чтобы кое–как вылететь из этой проклятой пещеры. Совсем уже на выходе их пришлось резко сложить и выпасть. Упала на зелёную поляну, подсознательно успев спрятать крылья, и обратится в человека.
«Ух, хоть крылья не сломала», – встала, отряхнулась, поправила вуаль и оглянулась.
– Так пауки не смогли сюда попасть, и я в этом логове монстров оказалась одна? Бог воронов, защити, и Бог пауков тоже может, пошевелишь усами и защитишь? Всё–таки я жена повелителя пауков, а тут всего лишь свежее мясо для мутантов – сколопендр. Синий цветок, кажется, Мориса должен расти где–то здесь, что ж может, я сразу его найду и исчезну отсюда от греха подальше, – причитая, наклонилась, всматриваясь в траву. Прошло немалое время её поисков, но никаких цветов не было. Вороница совсем уже отчаялась. «А если я его не смогу найти? Эрганлавдий умрёт. Умрёт? Нет! Я не могу. Я должна его найти. Где же этот цветок?» – опять огляделась, обходя пещеру, никого, тишина, выдохнула, вдохнула и прошла чуть дальше в поисках заветного цветка. Ей захотелось сильно пить, так сильно, что казалось, горло слиплось. Она почувствовала, что задыхается от жажды и схватилась за шею, в глазах потемнело, ноги подкосились, и упала на землю.
– Поганая вороница в нашем государстве? Хорошо, что у меня с собой дым нашего колдуна, дунул и всё, птичка наша.
– Это что–то новенькое. Как она попала сюда?
– В любом случае это мясо. Давай, сожрём её.
– Давай.
Сколопендры в несколько метров длиной со страшными зубами открыли пасти, с которых закапала густая слюна на грудь вороницы.
– Подожди…
– Что?
– На ней обсидиан – символ мира пауков.
– Да, но как? Почему у вороницы украшения пауков?
– Странно, надо оттащить её к владыке.
Она внезапно открыла глаза и разглядела чудовищ над собой.
– Нет! Я – Ликорис, дочь прошлого владыки воронов Роланда, сестра нынешнего – Яна. Если вы убьёте меня – будет война!
Сколопендры замерли, разглядывая комок чёрной ткани на голове вороницы.
– А какого хрена царевна воронов делает здесь? Да ещё и одна.
– Я замужем за повелителем пауков, он умирает, нам срочно нужен цветок Мориса. Меня отправил к вам наш колдун через пещеру, а моя охрана не смогла переместиться сюда, по какой причине не знаю.
– Допустим, всё это правда, но мы таких дел не решаем. Тебя придётся привести к нашему владыке.
– А почему этого цветка здесь нигде нет? Может, вы мне его найдете, и я уйду обратно?
– Это невозможно, цветок Мориса больше не растёт нигде кроме личного сада владыки. Он даёт жизнь и нам, и его корней нигде не осталось, как только в его личном пользовании.
– Раз так, то я пойду, а вы можете обратиться в человеческий вид? – её голос дрогнул, выдавая весь тот спектр эмоций, который испытывала при виде жутких тварей, сдерживаясь из последних сил, сжимая траву вокруг себя.
– А что так? Царевне не приятен наш истинный вид?
– Пожалуйста.
– Ладно, – они обратились, и она распахнула от неподдельного удивления глаза: такой миловидной мужской красоты точно не ожидала увидеть под броней страшных сколопендр.
– Вы…
Они усмехнулись.
– Что так лучше?
Она кивнула.
– А ты не хочешь снять вуаль, а то как–то неудобно разговаривать с чёрной тряпкой.
– Не стоит.
– Почему?
– Просто не стоит и всё.
– Царевна воронов, это уже не дело, ты просишь нас об одолжении, а сама ведёшь себя странно.
– Я – я… пытаюсь всего лишь защититься таким образом.
– Мы ничего тебе не сделаем. Рядовую вороницу, заблудшую сюда, сожрали бы, а может, для начала ещё и позабавились бы, даже не думая, но не дочь грозного владыки воронов и жену повелителя пауков.
Она, нехотя, медленно начала снимать вуаль. Сколопендры с хитрым взглядом, скалились, волосы стояли острыми пучками в разные стороны и создавали вид, этаких чертят, о которых в этом мире и не знали, так как своих монстров хватало, кем и являлись братья все представители их жуткого рода.
Ликорис сняла закрывающую ткань её прекрасное лицо. Они внезапно замерли, подавив смешки, с неподдельным восхищением разглядывая безупречные черты вороницы – холодную завораживающую гордой глубиной красоту, какой ещё никогда не видели, несмотря на то, что все сколопендры в человеческом виде внешне такие же красивые создания, только мужественны уже даже в юности, и эти парни являлись великолепными представителями мужского совершенства.
Ликорис вздохнула, увидев их реакцию.
– Я же говорила, что не стоит, – её голос ослаб.
– Ты… такая…
– А тебе точно надо возвращаться в мир пауков?
– Точно, я должна спасти мужа.
– А зачем? Ты его любишь? – они поддались вперёд, разглядывая уже так бесцеремонно, что она невольно отшатнулась.
– Ладно, не бойся, ты наша благородная гостья, идём к нашему владыке.
