– Понятно. Но ведь нельзя же ему все просто выпалить, не получив никакого сигнала, что он еще интересуется тобой!
– Анна сказала, что видела мою фотографию у него и бардачке. – Произнесенные вслух, эти слова прозвучали глупо и жалко.
– Не забывай, что Анна – заинтересованная сторона, – напомнила Джен.
– В последний раз, когда я его видела, мне показалось: что-то меняется. Мы совсем не ругались, а еще он хочет проводить больше времени с Робби и даже собирается взять Анну с собой в Германию.
Она хотела добавить, что это так похоже на того, прежнего, ее Джозефа, однако сдержалась, увидев выражение лица подруги.
– О Боже, Джен, ты, наверное, права. Это все просто смешно. Зря я так напилась. – Ева вытащила обрывок салфетки из кармана джинсов, вытерла глаза, потом высморкалась и сконфуженно улыбнулась. – Отнесу тарелки.
Выдержки Джен хватило секунд на пять, после чего она решительно покачала головой и в сердцах бросила:
– Не могу поверить! Ты не рассказала мне о ветеринаре!..
– Куда-то собираешься? – Анна сидела в спальне Евы и внимательно наблюдала за тем, как мама тщательно наносит на губы помаду, извлеченную из дальнего угла ящика комода.
– Нет. – Еве хотелось, чтобы голос звучал обычно.
– Выглядишь очень даже мило.
Это на самом деле было так. Начать с того, что Ева надела очень необычное платье – серо-черное, из мерцающего атласа, купленное для какого-то особого случая, но так давно, что она уже и вспомнить не могла, для какого именно. Платье дополнили небольшие сверкающие сережки, чулки и туфли на высоком каблуке. Кроме того, она надушилась. Как можно было надеяться, что Анна ничего не заметит и не станет задавать вопросы? Да, все было слишком очевидно.
Ева сняла чулки и туфли, вместо них надев расшитые бисером сандалии, а поверх платья накинула маленький черный кардиган.
– Куда ты идешь? – Анна сидела на кровати, полностью одетая, готовая уехать на выходные с отцом.
Именно визит Джозефа послужил причиной бурной деятельности Евы, направленной на украшение собственной персоны. Она намеревалась выглядеть эффектно, однако без излишней вычурности, быть с ним приветливой и посмотреть, не спровоцирует ли все это какой-нибудь поступок с его стороны… поступок, который позволит ей спросить… предложить… сделать какие-то шаги к тому, чтобы снова жить вместе.
Ева ничего не хотела предпринимать, просто… ей нужно было посмотреть, не подаст ли он какой-нибудь… знак, что это возможно. Одному Богу известно, каким должен быть знак, но она не сомневалась, что сумеет его распознать.
– Я никуда не иду, дорогая. – Ева расчесала волосы и встряхнула головой, чтобы прическа приняла вид «надеюсь, вы не подумаете, что я слишком тщательно готовилась к вашему визиту?».
– Это все для папы? – Анна с надеждой смотрела на мать.
– Ну что ты. Хотя по твоей просьбе я намерена быть очень милой с твоим папой. Устраивает?
– Устраивает. – Широкая улыбка осветила лицо девочки. – Он тоже будет милым с тобой. Я взяла с него обещание.
– Отлично. Мы будем друзьями.
– Да. – У Анны разыгралась фантазия, и она представила себе гораздо более близкие отношения между родителями, чем просто дружеские.
Пока все шло замечательно. Мама надела нарядное платье, накрасила губы помадой и обещала быть с ним милой. По мнению девочки, от счастливой жизни вместе их отделяло не более пары недель. Ха-ха, Мишель!
Около семи раздался звонок. Ева, хотя и ждала сигнала, все-таки вздрогнула. Черт, вот и он. Она вскочила с дивана, поправила волосы, одернула кардиган и стала ждать, когда Анна откроет дверь и впустит Джозефа.
Робби в это время прыгал на другом диване, повторяя:
– Джофус! Джофус!
– Привет, папа, – услышала Ева слова дочери.
– Привет, Анна. Как у тебя дела? Поцелуй-ка папочку.
– О, привет, Мишель.
Мишель?
Мишель!..
Что она здесь делает?
Ева улыбнулась, когда они вошли в комнату.
– Привет, – сказала она, натягивая на лицо самую доброжелательную улыбку.
– Здравствуй, Ева. – Джозеф попятился назад в прихожую, не поприветствовав ее обычным поцелуем в щеку.
– Это Мишель, – сказал он, обнимая за плечи невысокую симпатичную блондинку.
Выглядела она… прекрасно, точно так, как ее описала Анна, – холеная, подкрашенная, с блестящими волосами, собранными на затылке в хвост, пухлыми розовыми губками, одетая в кремовую шубку из молодого барашка, доходившую до пола. Очень хорошенькая!
– Привет, рада с вами познакомиться. – Мишель протянула ладошку, мягкую и маленькую, отчего собственные руки показались Еве похожими на грубые рукавицы для работы в саду.
– Я много о вас слышала, – с улыбкой сказала Ева. Кстати, ничего хорошего, едва не добавила она вслух. – Это Робби.
– Привет, малыш. – Мишель слегка кивнула в сторону Джозефа, тискавшего сына.
Некоторое время все наблюдали за их возней.
– Не хотите чашку чаю или немного вина? – вдруг спохватилась Ева.
– Нет-нет. Мы не собираемся задерживаться, – остановил ее Джозеф.
Он сидел на диване, продолжая шуточную борьбу с Робби.
Никогда в жизни ее бывший муж не выглядел так привлекательно. Она должна его вернуть, просто обязана.
