Теперь всё иначе. Мы привлекли к себе их внимание и это дорого для нас обойдется. Стоят ли новые знания миллионов жизней? Стоят ли жизни, того чтобы за них бороться? Смерть уже стоит за твоим правым плечом. Оглянись, если не боишься увидеть её оскал.Оглянись! И сражайся!
До отделения мы добрались быстро. Хоть я и ожидал, что посадят меня в служебную машину за решетку, но всё было иначе. Расположился даже с комфортом на заднем сидении черного лексуса. Следователь за рулем, сбоку от него один постовой, а рядом со мной на заднем сидении второй. Неразговорчивые ребята. На все мои вопросы переводили стрелки на старшего следователя, который объяснит всё по месту. Хотел, было, позвонить, но попросили, причем вежливо, отложить звонок на попозже, чтобы, значится, иметь на руках уже необходимую информацию. Ну а я, что я? Послушался. Спорить и качать права? Нет уж, увольте.
А мысли внутри черепной коробки летали с бешенной скоростью. Множественные причины на арест накладывались одна на другую и тут же выбрасывались в топку. На данный момент версий было только две: фактически похищение из больницы Кости и проблемы с финансами. Но вроде как вторым должны заниматься не простые следаки. Хотя хрен его знает, не знаток я таких нюансов.
В общем, добрались мы с ветерком. Отделение местной полиции, где уже был, когда писал объяснительные, встретило суетой. На меня практически никто не обращал внимание, так что до кабинета добрались быстро. Патрульные остались снаружи, а внутрь зашли только мы вдвоем со следователем.
— Кофе? Чай? — предложил он, подходя к шкафу.
— Чай, — вздохнул я, внутренне понимая, что, кажется, всё это затянется. — И две ложки сахара, если можно.
— Можно, конечно, — хмыкнул мужчина.
Дальше несколько минут прошли в тишине и только закипающий чайник её нарушал.
Чай здесь, кстати, мне понравился куда больше, нежели тогда у Сан Саныча. Не какие-то пакетика, а самая настоящая заварка! Запах от чая был немного странный, терпкий, с нотками фруктов. Скорее всего какой-то сбор.
— Итак, в чем меня обвиняют? — спросил я, уже устав от тишины.
— Юрий Владимирович, — улыбнулся мужчина, — подождите немного. Придет старший следователь и всё вам расскажет.
Мерное тиканье часов убаюкивало. Как же мне хотелось спать. Глаза прямо-таки закрывались. Тело погружалось в легкую негу, а мир вокруг терял свои краски и расплывался.
Слишком поздно я понял, что что-то не так. Попытка зацепиться за эту мысль так и осталась попыткой. Переведя взгляд на следака, наткнулся на его хмурый и слегка растерянный взгляд и попытался подняться. Меня тут же повело в сторону, от чего я зацепился за стол, но ногах устоять смог. В этот момент дверь открылась и в помещение вошло еще двое. Переведя на них взгляд, увидел сначала улыбки на их лицах, а после их, как ветром сдуло.
— Витя, какого хрена он еще в сознании? — прошипел тот, что постарше. — Вали его на пол!
— Да не знаю я! — рванул ко мне следак, вцепившись в руки. — Всё, как обычно! Выпил кружку уже минуты три как!
Навалившаяся на меня тяжесть трех мужиков заставила взреветь. По крайней мере так я думал. Вместо этого изо рта донеслось лишь сипение и меня споро повалили на землю. Правую руку вывернули в сторону, после чего почувствовал давление и укол. Что-то горячее полилось по венам и разум начал уплывать окончательно. Секунда, другая и темнота.
В себя приходил тяжело. Чугунная голова, мыслям в которой вообще не было места. В теле какая-то неприятная тяжесть и ломота. Во рту пересохло и появился мерзкий кислотный привкус. Глаза открываться вообще не хотели, как и ощущение собственного тела тоже не хотело возвращаться.
— Да всё я правильно рассчитал! — на грани слышимости звучал голос следака.
— Крепкий малый, — со смешком бросил другой. — Даже после укола не сразу отъехал. Что делать будем, Михалыч?
— Да по схеме всё, — раздался третий, спокойный и твердый. — Как закончите, наберите. И не церемоньтесь, как в прошлый раз! Время — деньги.
Хлопок дверью прозвучал слишком громко, от чего я невольно вздрогнул. Способность мыслить критически потихоньку возвращалась. Вместе с ней начал понемногу ощущать и тело. Так, сижу на стуле, руки за спиной в наручниках. Браслеты и на ногах. Вокруг тихо, ни радио, ни каких других звуков. Кажется, все вышли провожать этого самого Михалыча.
Итак, что мы имеем?
Мозги ворочались неохотно, уже хоть что-то.
Ублюдки явно подмешали мне что-то в чай, ну а после, когда не отключился, был укол. Увезли меня хрен пойми куда и явно не на шашлыки. Но, что самое скверное, всё это провернули прямо в отделении полиции. Черт. Приятного мало, а выводы так вообще безрадостные.
Очередной хлопок дверью и снова два голоса.
— Через сколько очухается, как думаешь? — тот самый следак, что и напоил чаем.
— После полноценной дозы-то? — хмыкнул второй. — Часов через шесть, не меньше. Сам знаешь, как эта дрянь по башке бьет.
— Опа, — замер следак на пороге, увидев меня. — Клим, этот Большов очнулся. Зови Александра Петровича, разговаривать будем.
