— Приготовиться. Три. Два. Один. Переход…
***
— Ваше величество, к Вам посол от королевы арахнидов.
Король эльфов, что был совсем не эльфом, небрежно махнул рукой, дескать зови его. Ушастый склонился и поспешил открыть дверь в приёмную.
В королевский зал вошла паучиха. Высокая, идеально сложенная. Чертовски красивая. Она имела стройное человеческое тело, лишь шесть опасных лап, торчавших из-за её узкой спины, напоминали о том, что эта дамочка отнюдь не человек.
Придворный эльф, тут же указав на гостью, начал официальное представление.
— Госпожа посол, перед вами сорок четвёртый король эльфов, уважаемый и неповторимый, Хатаке Какаши. Мой король, нас посетила бывший генерал армии арахнидов, а ныне действующий министр иностранных дел, Лукреция Марциолли.
Женщина-паук встретилась глазами с юношей. Она не просто смотрела на него. Может пожирала… может насиловала взглядом. Лукреция чувствовала исходивший от него запах. Паучий запах… Такой манящий и опьяняющий, что её лапки за спиной стали неконтролируемо постукивать друг о друга, создавая приятный уху треск. — «Боже, как он вырос… он ведь был тогда совсем малышом… а сейчас… что это за взгляд… что за грязная ухмылка… Он презирает меня? Помнит ли он наш последний разговор…» — Вся в сомнениях, она с полуулыбкой продолжала смотреть на него.
Он же не сменил позы. Испокон веков эльфы были слабее арахнидов, и все некогда жившие короли выказывали уважение прибывшим гостям из Арахнии. Но Какаши, как сидел в позе скуки, так и остался. Даже пальцем не шевельнул. Засранец.
«Что за блядь они прислали? Хотят совратить моё юное сердце? Безумцы. Чёртовы ползучие твари.» — скривился он в брезгливости.
«Неужели он вспомнил…» — задумалась Лукреция, увидев изменение на его лице.
— Благодарю за приё…
— Я не разрешал тебе говорить. — прервал Какаши паучиху.
Лицо Лукреции вспыхнуло. — «Да как он смеет?!», но её миссия заключалась в прошении помощи у эльфов, ведь великий ледяной повелитель дошёл до земель арахнидов… Королева Илимия решилась собрать союз, как и множество веков назад. Поэтому Лукреция склонила голову в извинениях, будь иная ситуация, она никогда бы так не поступила.
— Прошу простить, Ваше величество.
— Ты прощена. Впредь не поступай опрометчиво, если осознаёшь куда пришла.
— Я поняла, Ваше величество. — склонила паучиха голову ещё раз.
Придворный эльф едва мог дышать. Неужели его король настолько беспощаден и бесстрашен, что может говорить такое даже генералу арахнидов?!
— Можешь говорить за чем пришла. — со скукой произнёс юноша.
— Как прикажете. — приставила она руку к груди. — Уверена, Ваше величество в курсе о появлении ледяного повелителя в нашем мире.
Какаши кивнул, и Лукреция продолжила:
— Сейчас он на границах Арахнии. Несомненно, он сметёт нас. И тогда… тогда отправится в Лес Туманности и ваши земли. Сейчас Арахния выступает в роли щита для остальных народов. Падём мы… падут и все…
— Значит, ты пришла просить помощи. — обыденно произнёс юноша. — Неинтересно.
— Но… постойте, Ваше величество! — в недоумении воскликнула Лукреция. — Если расы не объединятся! То всему миру придёт конец! Наступит новый ледниковый период! Эра льда и холода! Миллионы сгинут!
— Плевать. — закинул Какаши ногу на ногу. — Мне давным-давно плевать на этот верхний мир. Здесь нет ничего дорогого для меня. Красивейшие женщины. Вкуснейшие вина. Ничто не стоило жизни моего брата. И если этот мир заполыхает адским пламенем или же утопнет под толщей льда, так тому и быть.
Лукреция, раскрыв от услышанного рот, не могла поверить. Что же стало с этим мальчиком? Неужели, чтобы выжить ему пришлось стать настолько жестоким?
— Моя Королева предложила плату за союз. — склонила Лукреция голову, потушив в себе горящие эмоции, всё-таки сейчас она на переговорах.
Какаши усмехнулся.
— Арахниды не в моём вкусе.
Эльф сглотнул от страха… сказать такое в лицо генералу, король действительно бесстрашен.
Лукреция же, проглотив очевидное оскорбление, решила для себя — если этот мальчишка не согласится на союз, то убьёт его здесь же!
— Моя Королева предложила одно из сокровищ нашего царства — глаз нашей Богини Ллос.
Глаза придворного эльфа расширились… неужели дела у паков настолько плохи, что они решились на такое?!
Какаши стукнул пальцем по обивке кресла, затем легонько ещё раз.
— Два глаза. Тогда я участвую.
— Но мы не можем… — промямлила паучиха.
— Тогда подыхайте первыми. — ответил юноша всё с тем же спокойствием.
Лукреция смотрела в его безмятежное лицо, и видела, что этот юнец абсолютно искренен. Что же ей делать? Согласиться на такое условие она не может… но сейчас судьба всех арахнидов на кону… не станет их — не будет и никаких сокровищ… выбора нет…
— Раз таково Ваше условие, мы согласны.
Какаши перевёл взгляд на эльфа:
— Суранель. Подготовь всё. Я хочу выступить завтра.
