Слово распространялось медленно, но ничто не могло остановить его теперь. Слово, однажды произнесенное, рано или поздно найдет свой путь к сознанию других. "Блуждающий" – стало теперь его именем. Он создал слово и научил ему других. Его группа все еще путешествовала по лесу, не нуждаясь ни в чем, но они теперь говорили друг с другом. Все они придумали имена для себя и тут же начали создавать названия для окружающих вещей. Затем появились слова, определяющие способ действий, наконец некоторые стали связывать слова вместе и составлять из них предложения. Вскоре после этого кто-то придумал песню. Леса наполнились музыкой и словами. Много других пришли в его группу.
Некоторые уходили и возвращались, ведя с собой пополнение. Они стали встречаться, беседовать и веселиться вместе, и многие из тех, кто не принадлежал к группе Блуждающего, теперь знали о словах и использовали их или создавали собственные.
Блуждающий придумывал слова для всего. Он принес с собой первое, и его собратья подумали, что он должен сделать все остальные. Но он все возвращался и возвращался к своему первому слову, которое придумал для них, считая его своим лучшим созданием. Оно звучало как "Хейа" и означало вздох удивления, возбужденный крик, вызванный чем-то прекрасным. Это слово сопровождалось изображением горы, какой он увидел ее в первый раз, зеленого леса и белого, очень далекого, огня.
Создавать картину было очень легко, и получалась она ясной, так как все это прочно засело у него в голове. Все картинки Блуждающего были в его мыслях. Но эта была особенной, это было то, над чем он постоянно думал, когда собратья приносили ему фрукты, зверей и вещи, чтобы он дал им названия. Он часто думал о песке там, в пустыне, о Великом Голосе, и ему казалось, что, наверное, лучше было бы не обращать на него внимания и идти вперед. Но затем он вспоминал размеры существа, которое видел в песках, и вздох вырывался из его груди. Трудно обойти мир, если он решил заметить тебя.
Это был прекрасный день, который казался более ярким, чем другие.
Он напомнил Блуждающему о редеющих деревьях рядом с границей пустыни.
Он отложил в сторону плод, название которого в тот момент старался придумать, и вместо этого начал слагать песню – изобретение другого члена их группы, самки, которая была еще слишком молода для Счастья.
Создавая песню, надо произносить слова, которые тебе нравились, одно за другим и вместе с ними создавать шум. Блуждающему очень нравилось это занятие, ему всегда хорошо удавался шум, еще до его Счастья, давно, очень давно.
Так что теперь он сел, прислонившись к дереву, и сочинил свою песню. Она. была о том, что мир хорош, свет ярок, много хорошей еды, и Другие знали об этом и именно так и задумывали все. Двое сородичей, услышав песню, подхватили ее, и она распространилась по всей группе.
Это все было приятно Блуждающему.
Через некоторое время он почувствовал странный запах. Он чуял подобное в тех местах в лесу, где падало дерево, а потом, почерневшее и сломанное, иссохло. Блуждающий посмотрел на яркий дневной свет – он был ярче, чем обычно. Может быть деревья склонились в разные стороны, и больше света проникло через их кроны? Так случалось, когда дул ветер. Но сегодня ветра не было. Блуждающий подумал, что должен придумать слово для этого запаха, и сделал глубокий вздох.
Верхушки деревьев вспыхнули пламенем, песня оборвалась, и все подняли глаза вверх. Жара все усиливалась и усиливалась, листва на деревьях полностью выгорела и пропустила свет, ужасный свет, стволы деревьев подхватили пламя огня. В ужасе соплеменники рассыпались в разные стороны. Блуждающий посмотрел наверх, преданный своей собственной песней, преданный Другими, потому что совершенно очевидно, что они не позволили никому понять, что происходит. Потрясенный, не уверенный в том, что ему нужно делать, – он повернулся в ту сторону, где был край леса, туда, где была гора…
Не многие звезды имеют склонность к вспышкам, но если это случается, то происходит мгновенно. Возможно, это к лучшему. Резкое сгорание поверхности планеты наверняка милосерднее, чем медленное и непрерывное ее выжигание день за днем, год за годом. Хроники раскопок на Вулкане ясно показывают, насколько быстрой была вспышка, резким скачком увеличивающая объем планеты. Что внезапно случилось на 40 Эри А с плазменными процессами, которые были так стабильны в течение стольких лет. Леса, все леса на планете, были сожжены за десятьпятнадцать минут, океаны закипели снова, оставшись практически без воды, обратившейся, на семьдесят процентов в пар. Там, где плескались воды, теперь остался лишь выжженный песок и грязь. Пустыни были обожжены, кое-где песок переплавился в стекло. Металл там, где он лежал близко к поверхности земли, превратился в жидкую массу.
