Слегка приподнимаю брови. Она говорила это больше для себя, но я смог уловить важные для меня кусочки информации.
- Да. Теперь, - говорю я, перемещаясь поближе к ней. - Я технически уже свободен, и мог бы помочь Вам вернуться к наслаждению происходящим.
Тонкий крик вырвался из ее горла.
- Я не в...
- Тсс, - говорю я. - Я не прикасаюсь к Вам. Я не собираюсь Вас трогать. И я могу уйти... если Вам так будет комфортно.
Я сделал паузу, молясь про себя, чтобы моя богиня не послала меня подальше.
Когда она не отвечает сразу, я продолжаю.
- Я только хочу смотреть в Ваши глаза, снова видеть на Вашем лице страсть, которую наблюдал за минуту до того, как нас грубо прервали.
Я вижу, как ее дыхание учащается. Алые губы дрожат.
- Без прикосновений? - спрашивает она.
Мой пульс учащается.
- Только если Вы сами не попросите. Всегда, только по Вашему желанию.
Она продолжает смотреть на меня, время как будто замирает вокруг нас, и мы находимся в своем закрытом пространстве тепла и внимания.
И, когда она уверенно кивает головой, во мне разгорается огонь. Она поворачивается на стуле, чтобы быть лицом к сцене. Я смотрю на нее сверху вниз, пораженный тем, что смог найти такое потрясающее создание.
Я подтягиваю другой стул поближе и сажусь позади нее. Ее плечи напряжены, как и мои бедра, да что там говорить, как и каждая клеточка моего тела. Я чувствую исходящее от нее тепло, оно ласкает и манит меня.
Ее запах с примесью душистого шампуня и лосьона для тела наполняет мои легкие, дразня меня.
Медленно и осторожно я наклоняю голову к ней, настолько близко, насколько могу себе позволить, не касаясь ее. Я должен сконцентрировать все свое внимание на этой сцене.
Дом прикрепляет зажимы для сосков к груди привязанной женщины, ее громкие и протяжные стоны заряжают воздух между нами.
- Вы знаете, почему он использует кляп? – слова, соскользнувшие с моих губ, больше похожи на мольбу.
Она молчит, взгляд устремлен на сцену. Легкий взмах ее головы, приглашающий меня продолжать, заставляет мой член затвердеть еще сильнее.
- Это усиливает ее желание. Ее осознанность. - Я тяжело дышу. - Это также повышает ее страдания, увеличивая его удовольствие.
Резким движением флоггер опускается на живот сабы. Та дергает головой, натягивая и без того тугую цепь.
- Он наказывает ее за то, что она двинулась без его разрешения, но этот сильный приступ боли дает ей так много удовольствия..., что она продолжит и дальше быть непослушной. Она нуждается в наказании почти так же сильно, как в освобождении, в наслаждении.
Опуская взгляд, я вижу, как моя богиня сжимает бедра вместе. Я прикусываю свою нижнюю губу, специально вызывая легкую боль, чтобы хоть как-то держать свои эмоции под контролем, а разум ясным. Желание обхватить ее руками, задрать это чертово платье... и как можно шире раздвинуть эти ноги становится... почти невыносимым. Я сжимаю грубую материю джинс возле коленей, пытаясь держать свои руки подальше от соблазна передо мной. Но этого недостаточно. Ее шелковистые волосы ласкают мою щеку, и я упиваюсь этим прекрасным моментом, подаренным моей богиней.
Я более чем готов предаться с ней удовольствиям, войти в ее святость. Она мой храм, а я ее раб, готовый встать на колени по одной лишь команде.
Незнакомка проводит пальцем вдоль бедра, и, поднимая кромку платья, скользит рукой между бедер... Боже. Наблюдать за этим - мучение в чистом виде, приносящее адскую боль. И эти пытки настолько божественны, что я едва не срываюсь и не начинаю просить о большем. И мне не будет стыдно. Признаться честно, это то, чего я жажду вот уже несколько месяцев.
- Вы можете почувствовать то, что чувствует она? - спрашиваю я хриплым голосом, сдерживая желание.
Наблюдая за тем, как язык незнакомки скользит по влажным губам, в то время как ее взгляд прикован к разыгрываемой сцене, я стискиваю зубы. Саба, теперь уже пресытившаяся своим наказанием, в блаженстве резко отбрасывает голову назад.
Опустившись перед ней на колени, Дом кладет одну ногу сабы себе на плечо и, прикоснувшись ртом к ее лону, начинает с жадностью поглощать ее.
- Она обнажена, раскрыта, - шепчу я, - и абсолютно уязвима перед ним. Отдав Дому власть над своим телом, она понимает, что контроль за ее наслаждением, как и за освобождением, теперь полностью в его руках.
Девушка вздрагивает рядом со мной, а я взглядом провожаю ее руку, которая скользит вверх. Все дальше и глубже, так кротко и медленно. Ее голова клонится набок, глаза закрываются, и мы теряемся вместе, пока она продолжает ласкать себя через тонкий барьер ее кружевных трусиков.
- Я хочу чтобы..., - признается она шепотом.
Мое тело замирает в ожидании ее следующей фразы.
- Чего бы вы хотели? - спрашиваю я, и мои пальцы сжимаются на грубой материи так крепко, что это причиняет боль. Мой член возбужден настолько, что клянусь, еще немного, и он просто прорвется через джинсы.
- Я хочу быть свободной, - шепчет она.
Я закрываю глаза, чтобы в них не отразился водоворот чувств, вызванный ее тихо прозвучавшими словами.
- Сдвиньте свои трусики в сторону.
