Основа религиозной платформы Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба заключалась в резкой критике распространенных в Аравии остатков доисламских верований — почитания скал, камней, священных источников, деревьев и животных, культа святых и т. д. В своих проповедях Ибн Абд аль-Ваххаб призывал вернуться к нормам истинного и строгого единобожия (араб, таухид). Твердое следование таухиду — главный принцип и важнейшая идея ваххабизма. Аллах в ваххабитском толковании становился абсолютно абстрактным явлением, т. е. полностью отделялся от каких-либо черт земного суетного мира, тогда как все существующее на Земле не должно было возвеличиваться ни в какой степени. Отсюда происходило особое отношение ваххабитов к пророку Мухаммеду. Они считали провозвестника ислама обыкновенным человеком, которого Аллах избрал для пророческой миссии. При этом личность самого Мухаммеда, по их мнению, не заслуживала никакого поклонения. Его не следовало обожествлять, у него не следовало ничего просить, а памятные места, связанные с его жизнью, не следовало особо отмечать и устраивать вокруг них культовые сооружения. Все виды поклонения и верований, противоречащие этим установкам, считались многобожием (гиирк) и подлежали жесткому наказанию.
Ибн Абд аль-Ваххаб выступал против магии, колдовства, прорицательства и всего, что с этим было связано — заклинаний, талисманов, языческих обрядов и т. д. В силу этого ваххабиты отрицательно относились к мусульманскому мистицизму (тасаввуфу) и связанному с ним культу святых. Вопросы морали также занимали значительное место в ваххабитском учении. Последователи Ибн Абд аль-Ваххаба должны были соблюдать строгую простоту нравов, граничащую с аскетизмом. Ваххабиты запрещали вино и, по некоторым данным, кофе, табак и гашиш, отвергали любые проявления роскоши, особенно в одежде. Азартные игры, пение и игра на музыкальных инструментах жестко преследовались как явления, отвлекающие мусульман от выполнения религиозного долга.
Иными словами, возрождение ислама в ваххабитской интерпретации предполагало возврат к Корану и «неповрежденной» Сунне и отрицание любых «незаконных новшеств», не существовавших при Пророке, — бид‘а. Ваххабиты нетерпимо относились к любому инакомыслию, не считаясь даже с родственными узами. Брат Ибн Абд аль-Ваххаба — Сулейман, — осудивший его учение, был объявлен вероотступником. В целом ваххабиты скорее были готовы примириться с существованием в Аравии общин христиан и иудеев, нежели мусульман, не разделявших их взгляды.
Пламенная и непримиримая ваххабитская проповедь обладала и резкой политической заостренностью. Главными противниками веры Ибн Абд аль-Ваххаб считал шиитов, а также османских султанов (которых ваххабиты объявили «лжехалифами») и их прислужников, якобы виновных в «преступных нововведениях», которые, как он полагал, и вызвали развал и слабость исламского мира перед лицом европейцев. Поэтому в духовном плане ваххабизм противостоял официально признанному «отуреченному» варианту суннитского вероучения, который, по убеждению его сторонников, являлся результатом отступления от сунны Пророка.
Поначалу Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб не делал особого акцента на моральных и идеологических ограничениях, чтобы не отпугнуть возможных сподвижников. Несомненно, некоторые стороны ваххабитского учения были привлекательны для кочевого населения. Ваххабиты стремились к простоте, присущей нравам бедуинов и образу их жизни. Кроме того, их сближала постоянная готовность к войнам и грабежам, которые ваххабиты расценивали как святое дело бескомпромиссного джихада, а бедуины, в более прагматическом стиле считали их возможностью нажиться. Кроме того, многие бедуинские племена были в долговой кабале у аравийских горожан, и ненависть ваххабитов к ростовщичеству не могла им не импонировать. Наряду с элементами уравнительности рядовых кочевников вдохновляла проповедь братства и социальной гармонии мусульман. Правда, другие требования ваххабитов обескураживали бедуинскую вольницу. Мухаммед Ибн Абд аль-Ваххаб требовал неукоснительно платить налоги, соблюдать полувоенную дисциплину и отказаться от древних языческих культов. Поэтому в дальнейшем аравийские племена подчинялись этим требованиям главным образом под давлением военной силы.
