После прихода Юнчжэна к власти некоторые современники считали, что произошла узурпация престола, а на самом деле император назначил своим наследником другого сына, Иньти (1688–1767), который незадолго до этого в 1718 г. стал командующим армией, действовавшей против Джунгарии. В Китае до сих пор обсуждается вопрос о возможной подделке завещания Канси, однако сейчас с большой уверенностью можно сказать, что распоряжение о назначении наследника было отдано им устно и завещания просто не существовало.
Император Канси умер 20 декабря 1722 г. в 68 лет, оставив после себя, с одной стороны, сильное единое государство, укрепляющуюся экономику, отлаженную систему управления и 20 сыновей; с другой — затяжную войну, назревавший демографический кризис, пораженную хроническим дефицитом казну, коррумпированный бюрократический аппарат, кризис наследования и взаимную ненависть среди своего многочисленного потомства.
Император Юнчжэн (13 декабря 1678 — 8 октября 1735, личное имя Айсиньгиоро Иньчжэнь, примерное значение девиза правления Юнчжэн — «гармоничная справедливость»), третий император маньчжурской династии в Китае, находился у власти с 27 декабря 1722 г. до своей смерти в 1735 г. Он начал править уже имея некоторый административный опыт и не испытывая иллюзий по поводу состояния государственного аппарата. Положение дел в финансовой сфере также подталкивало его к осуществлению реформ — бюджеты всех уровней испытывали постоянную нехватку средств, что было связано главным образом с присвоением чиновниками части собираемых налогов.
По сути многие последующие действия Юнчжэна можно рассматривать как новый период конфликта между маньчжурской и китайской моделями власти, т. е. моделями, сформировавшимися в знаменных войсках и среди гражданского чиновничества. При этом каждая из них несла в себе скрытые противоречия. В маньчжурском варианте власть правителя должна была осуществляться с оглядкой на права наследственной аристократии, включая родственников императора (им была подчинена значительная часть войск). В китайской же традиции власть императора вязла в бюрократических структурах, а кроме того ей в определенной степени противостоял слой шэньши (конфуцианских книжников), из которых и набирались чиновники и которые считали себя духовной элитой общества. Свои претензии на такой статус шэньши основывали на постулатах конфуцианской идеологии, но в реальной жизни за ними часто стояло стремление сохранить неофициальные привилегии своего сословия — право платить налоги в ограниченном масштабе или не платить их вовсе, возможность, находясь на службе, распоряжаться подведомственными финансами, а уйдя со службы или не поступив на нее, — влиять на дела в своих родных местах. Юнчжэн решил ограничить власть маньчжурской аристократии, создать эффективную систему гражданского администрирования во всей империи, установить контроль над государственным аппаратом и сделать общество более единообразным. Для этого предполагалось создать систему информации, снизить коррупцию, провести определенное выравнивание статуса подданных, который должен был определяться властями, а не традицией.
Прежде всего Юнчжэн изменил систему информирования и принятия решений по наиболее важным делам. Он резко расширил начавшуюся при Канси практику подачи императору конфиденциальных докладов и превратил ее в отлаженную систему. Первые меры он начал осуществлять сразу после вступления на трон. Обычные доклады проходили через целый ряд чиновников, которые готовили решения по рассматриваемым проблемам, а затем императору фактически оставалось их только завизировать. Информация при этом была доступна весьма широкому кругу лиц. Конфиденциальные доклады поступали к императору сразу, и решения по ним принимал он лично, причем обычно в день получения доклада. В одном из указов 1730 г., где содержались подробные инструкции по представлению докладов, а фактически развернутое описание позиции императора по этому вопросу, Юнчжэн сообщал, что он получает по 20–30, а в особых случаях — до 50–60 докладов в день и работает с ними сам без архива и помощников. В таких докладах сообщалось о положении дел со сбором налогов, злоупотреблениях чиновников, о наиболее крупных уголовных преступлениях, ценах на основные продукты и даже о погоде.
Позднее, когда вновь возобновилась война с джунгарами и объем документов резко возрос, императору потребовался Военный совет, так как решений по поступавшим докладам требовалось принимать очень много. Тогда Военный совет еще соответствовал своему названию и главным образом руководил всем, что было связано с ведением войны. В следующее правление, при Цяньлуне, Военный совет стал высшим органом государственного управления в империи.
