Политика Англии в этом регионе определялась стратегическими соображениями, причем даже нефть, залежи которой как раз в это время стали обнаруживаться то здесь, то там, не сыграла при этом существенной роли. Нефть не была отделена от политики, но все-таки политика не определялась нефтью. Для этого существовали частные компании, как, например, Англо-Иранская. Конечно, такие компании тоже нуждались в покровительстве метрополии, но в отношении того же Ирана после крушения царской России и усиления шахской власти династии Пехлеви для англичан главным было не допустить укрепления влияния Германии, с чем они — в годы второй мировой войны с советской помощью — успешно справились. Англия постепенно отказывалась от своих политических прав в Иране, а в 1951 г. правительство Мосаддыка сумело потеснить англичан в сфере нефтедобычи, национализировав ее и фактически вытеснив англичан из этой сферы.
Особо следует сказать о Египте. Конституция в этой стране была принята в 1923 г. и подтверждена в 1934 г. Умеренно националистическая партия Вафд добилась признания Египта конституционной монархией во главе с королем Фуадом. В 1936 г. по англо-египетскому договору из страны были выведены британские войска, а британский комиссар, до того фактически державший в своих руках едва ли не всю власть в этой стране, стал английским послом. При этом Англия сохраняла за собой контроль над Суэцким каналом и кондоминиум в Судане. Борьба египтян против этого вылилась в длительный конфликт, завершившийся переворотом 1952 г., когда власть в Египте перешла в руки генерала Нагиба, а затем в 1954 г. — Насера, который объявил о национализации канала и в короткой войне 1956 г. одержал верх над англо-франко-израильской экспедицией, посланной к каналу. С этого момента Египет обрел, наконец, полную независимость.
Суммируя все в силу необходимости вкратце очерченные процессы, следует заметить, что Англия, которая долгие десятилетия в отечественной историографии была символом агрессивного и зловредного колонизатора, на деле проводила в своей гигантской империи достаточно разумную и умеренную политику. Сдерживая нетерпение радикалов, она (пусть под существенным давлением со стороны национальных движений) всюду вела дело либо к постепенной в меру возможности вестернизации колоний и предоставлению им независимости, как то было в Индии, либо к отказу от протектората в странах, которые были уже подготовлены к независимости и не находились под угрозой захвата их соперничающими с Британией державами. Дольше всего держалась Англия за Суэцкий канал, но в конечном счете лишилась и его.
Сложней обстояли дела у других колониальных держав. Голландцы вслед за англичанами постепенно предоставляли своей гигантской колонии Индонезии определенные элементы самоуправления (Народный совет в 1918 г.) и пытались наладить взаимоотношения с националистическими движениями, особенно с Национальной партией Сукарно, ощущая свою вину за отсталость страны (в этом сыграла определенную роль знаменитая статья Девентера “Долг чести”, призывавшая голландцев позаботиться о подготовке к самоуправлению народов, которые на протяжении веков так много сделали для процветания Голландии), но они просто потеряли свою колонию в годы второй мировой войны, когда Нидерланды были оккупированы немцами, а Индонезия — японцами. Лишились всего немногого, что у них было в колониальном мире, итальянцы и немцы. Сохранили свое занявшие в годы войны нейтралитет португальцы (правда, их основные колонии были в Африке, а в Азии разве что небольшие анклавы типа Гоа в Индии и Макао в Китае). В самом худшем положении оказались французы.
Войдя в число стран-победительниц и став одним из пяти постоянных членов Совета безопасности ООН, Франция после второй мировой войны ощущала некую великодержавную потребность восстановить свое положение на Востоке. Но ее руководители оказались недальновидными и в отличие от англичан далеко не сразу поняли, что времена решительно изменились. Затратив огромные силы и средства, французы вначале потерпели поражение в Индокитае, а затем и в странах Магриба, где жило немало французских поселенцев. Только авторитет де Голля, своим решением предоставившего в 1959 г. Алжиру независимость, спас Францию от еще одной длительной и бесполезной войны. Чуть раньше, в 1956 г., независимость без особых конфликтов получил Тунис.
Наряду с теми колониальными и полуколониальными странами Востока, которые после эпохи “пробуждения” активно боролись за свою независимость, ускоряли движение вперед и добивались своих целей различными способами, на Востоке, как известно, существовали и страны, независимости не терявшие. Это не значит, что их не затронул процесс колонизации. Но он затронул их иначе, чем остальных, и об этом необходимо сказать особо.
