Радуйтесь, глядя на срезанный сорняк: он и мульча, и питание. Мешает он на грядке — подрежьте и оставьте на месте. Снова подрос — снова подрежьте. Несколько «укосов» за лето и получите. Олег так использует лопух. Отличный сидерат для дорожек! Пока разрастается, мощно перекачивает питательные вещества из глубины на поверхность. Разлопушился — срежем. За лето набирается несколько срезок обильной зелени. А при необходимости очень легко уничтожить: посыпал на срез поваренной соли — и всё. Кстати, так же убиваются и прочие «репейники», борщевик и девясил.
Сорняков реально много, но Олег их просто использует. Выращивая междугрядные сидераты, всегда рад и однолетникам. Особенно самым ранним, всходящим «из–под снега»: сурепке, ромашке, однолетнему молочаю. Даже заботится об их размножении: срезает в цвету и оставляет на дорожках. Пока высохнут, семена дозреют. Не допускает лишь разгула многолетников, особенно корневищных. Их срезает или душит совсем молодыми.
Все, пишущие о компосте и мульче из бурьяна, и я в том числе, всегда предупреждают: не используйте, мол, сорняки с семенами! Для Олега и этой разницы нет. На дорожки желательны как раз обсемененные сорняки. В толстом слое мульчи их всходит до обидного мало. В позапрошлом году Олег начал углублять некоторые дорожки, доведя слой органики до 30 см. Так вот, в этих дорожках сорняков практически нет — и это теперь проблема!
Вообще, заваливание бурьянной мульчой — излюбленный телеповский приём, способ превращать сорняк в перегной. В темноте все однолетники послушно гибнут на корм червям. Из моего опыта, особенно послушны почвопокровные и крупнолистные: звёздчатка (мокрица), портулак огородный (толстянка), яснотка красная, клевер, чина и вика, молодой конский щавель, юный одуванчик, щирица. Завалил плотненко — за пару недель помирают. Тут померли — перевалил кучку на соседние кусты (фото 59 и 60).
Умнейший агроприём! Предлагаю застолбить его как «удобряюще–мульчирующую прополку». Олег его уже развил: если органики на дорожке маловато, применяет «метод гуляющих куч». Из того, что есть, формируются кучки высотой в полштыка. Всё лето они гуляют — надвигаются на притоптанные рядом сорняки. Оставшийся бурьянчик подрезается для пополнения куч. Идеально, когда кучки занимают половину дорожки: туда, обратно — и всё чисто. Разумеется, со временем дорожка мульчируется полностью, и гуляющие кучи — для переходного периода.
Что же в итоге? Огород пришёл к оптимальному равновесию: однолетние сорняки в основном душатся мульчой из самих себя, а с многолетних регулярно снимается урожай зелёной массы. Ну, и зачем смотреть на сорняк косо, братцы? Мы ведь не злимся, подрезая сидераты!
ЦЕЛИНУ И ЗАЛЕЖЬ, о которые сломано так много романтических грёз, лопат и тяпок, Олег изучил в деталях. Он осваивает целинные участки просто и гениально — с помощью того же бурьяна. Вот его советы.
Главное, не надо идеализировать «целинный дёрн», а тем паче бурьянную залежь. Ой, не надо! Многолетняя луговая трава — не картошка с морковкой. Глянем трезво.
Во–первых, дерновый войлок слишком плотен и для наших растений, и для работы с поверхностным слоем. Как минимум, сначала он должен перегнить и стать мульчой, доступной для рук и плоскореза. Если же говорить о бурьянной залежи трёх–пяти лет, тут, наоборот, ещё слишком мало растительной мульчи, а пеньки от огромных сорняков превращают работу в мучение. Без дополнительной органики не обойтись, как ни крути.
Во–вторых, в дёрне, как и в залежи, очень много проволочника. Живёт он не только в корнях пырея, как обычно пишут. Одуванчики, осоты и бодяки, амброзия и даже полынь — его комфортные жилища. Ткнёшь картошку в такую целину — получишь «пемзу» вместо клубней.
В-третьих, целина целине рознь. Одно дело злаки, и совсем другое — полынь, лебеда с марью, а на юге амброзия. Некоторые сорняки — сильные химические агрессоры. И почва, и мульча пропитана их «гербицидами», и нужен минимум год, чтобы они вымылись дождями и обезвредились микробами. Если на такой «целине» ваши овощи едва выжили, не удивляйтесь. Вспомните, кто тут благоухал до них.
В-четвёртых, сухие стебли бурьяна — скверная мульча.
Наконец, у вас под ногами — миллиардный слой сорных семян.
Ну, прямо безвыходная ситуация! Но Олег выход нашёл.
Для начала пустил в дело сухие будылки: навалил их толстыми гребнями шириной в полметра, оставив такие же проходы чистыми. Под валками сорняк не растёт, а в проходах встаёт ковром. Поднялся ковёр на 10–15 см — передвинул гребни на дорожки, накрыл юные сорнячки. Те без света дохнут, а на свободных полосах встаёт новый ковёр всходов. Через пару недель вернул гребни на старое место — похоронил новые всходы. А на свободных полосах посеял под грабли белую горчицу — сидерат и проклятье для проволочника: тут ему жрать нечего. Так и лето кончилось.
