– Нет, Клем не пошел бы! Вы, наверное, ошибаетесь, мэм. Вряд ли Людовик решился бы в одиночку… – Тут он вдруг замолчал, и его глаза сузились. – Бог мой! Вы правы, мэм. Он же встретил Абеля! Вот почему он был так необычно весел, этот мальчишка! Идите обратно в свою комнату, будьте любезны! Я прикажу Клему оседлать лошадь, пока буду одеваться, и тут же отправлюсь ему вслед.
– Подождите, Най, я придумала лучше! Пошлите Клема, чтобы он все рассказал сэру Тристраму. Вы не сможете вовремя перехватить этого негодного мальчишку. Если же он уже попал в расставленную ему ловушку, то только сэр Тристрам может помочь ему выбраться из нее!
Най после недолгого раздумья с неохотой признал:
– Пожалуй, это верно! Клем полегче меня и сможет ехать быстрее. А у вас хорошая голова, мэм!..
Пока Клем одевался, Най в конюшне седлал лошадь, а мисс Тэйн, сидя на краешке кровати, думала, может ли она еще что-то сделать, чтобы отвратить беду от Людовика. Виновник всей этой суматохи бежал по дороге, ведущей в Уорнинглид, совершенно не помышляя о возможной погоне. Луна, прячась время от времени за облаками, давала достаточно света, и он вскоре увидел двух лошадей, привязанных к ограде под большим грабом.
Абель ворчанием приветствовал Людовика и предложил ему флягу, которую извлек из глубин своего кармана.
– Промочите горло, прежде чем мы начнем, – предложил он.
– Нет, мне надо сохранить свежую голову, – ответил Людовик. – Да и тебе тоже! Не хочу, чтобы ты охмелел.
– Вы никогда не видели, чтобы я выпил больше нормы, – возразил мистер Банди, отпив немного.
– Я-то видел тебя пьяного в доску, – покачал головой Людовик, отбирая у Абеля фляжку и пряча ее в свой карман. – В таком состоянии ты сразу же спускаешь курок, а сейчас нам не до стрельбы! Мой осторожный кузен против, и в этом уж он прав! Не хочу больше трупов. Помоги мне сесть.
Банди выполнил просьбу и спросил, что же ему делать, если будет схватка.
– Поработай кулаками! Учти: никакой стрельбы!
– Нет так нет! – сказал Банди, садясь в седло. – Хорошенькое дело будет, если вы ввяжетесь в свалку с одной рукой! Сомневаюсь, что я правильно поступаю, отправляясь с вами.
Они пустили лошадей легкой рысцой, и так как Клем выбрал более короткий путь к Корту – через лес, то не услышали звуков погони. По дороге Людовик объяснил своему напарнику, зачем они, собственно, едут в Дауер-Хаус. Банди слушал молча, а под конец выразил сожаление, что ему не довелось в свое время посчитаться с Бэзилом Левенхэмом. Его вражда к Красавчику объяснялась стремлением того занять место Сильвестра. Перед Сильвестром же Абель Банди преклонялся.
– Он был редким человеком, этот старый лорд, – сказал он.
Когда наконец показался Дауер-Хаус, они придержали лошадей и спешились. Дом стоял в стороне от дороги, на участке земли, клином вдававшемся в парк. Немного посовещавшись, они провели лошадей через прогал в изгороди и стреножили их уже в парке. Банди принялся разжигать фонарь, который прихватил с собой, а Людовик отправился на разведку.
Он обошел дом кругом и, вернувшись, обнаружил Абеля сидящим на пне. Фонарь был укрыт заглушкой.
– Не видел света ни в одном окне, – доложил Людовик. – Красавчик сказал моему осторожному кузену, что в одном из окон библиотеки сломан шпингалет, а это как раз та комната, куда я хочу попасть. Давай рискнем и залезем туда через это окно.
Говоря это, он вытащил пистолет из правого сапога и сказал:
– Если там западня, то вот наша лучшая защита. В этих местах знают, что я никогда не промахиваюсь. Если они хотят поймать меня, то попытаются сделать это неожиданно.
– Верно, – рассудительно сказал Банди. – Что-то я не припомню случая, когда бы вы промахнулись.
Людовик коротко засмеялся:
– Я как-то промахнулся по сове, вот как глупо вышло!
– Зачем это было вам нужно – стрелять по совам?
– Был пьян, – коротко ответил Людовик. – А теперь заруби себе на носу, Абель! Если мы попадем в ловушку, расставленную для меня, то я сам должен из нее выбраться. А ты спасайся и не ломай голову обо мне! Я жду от тебя одного: помоги мне попасть в дом.
Мистер Банди поднялся со своего пня и взял фонарь, не удостоив Людовика ответом.
– Ты понял? – В голосе молодого человека зазвучали командные нотки.
– Ну да! – сказал Банди. – Когда я вижу неприятность, мне часто бывает лень ввязываться в нее. Послушайтесь моего совета: поднимите воротник сюртука и надвиньте поглубже шляпу. Мне не хочется, чтобы кто-то вас узнал.
Людовик последовал этому мудрому совету, но заметил при этом, что вряд ли его узнают.
– Меня может узнать лишь Грэгг, если он здесь, а дворецкий был нанят позже, он меня и в глаза никогда не видел!
– Может быть, – сказал Банди. – Но я скажу вам в лицо, мистер Людовик, то, что много раз говаривал за вашей спиной: у вас такой бушприт – прямо как у старого лорда!
– Будь проклят этот фамильный нос! Он когда-нибудь меня погубит!
