Мирные действия полностью

– Я добился одобрения моих оруженосцев… нет, разумеется, оруженосцев моего покойного брата, – сказал Доно. – И их долгом было охранять оспариваемую собственность до моего возвращения.

– Вы приняли их присягу? – голос Грегора внезапно сделался очень мягким.

Айвен съежился. Принять присягу оруженосцев до утверждения в качества графа или графского наследника было серьезным преступлением, нарушением одного из подпунктов закона Форлопулоса – того самого, который, в частности, ограничил число графских оруженосцев до двадцати. Лорд Доно незаметно кивнул Сабо.

– Мы дали ему свое личное слово, – тут же подал реплику Сабо. – Любой человек может свободно дать свое личное слово насчет собственных действий, сир.

– Гм, – сказал Грегор.

– Помимо оруженосцев дома Форратьеров, я сообщил о своих намерениях только двум людям – моему юристу и моему кузену, – продолжал лорд Доно. – Я нуждался в поверенном, чтобы привести в действие некоторые юридические меры, проверить все детали и подготовить необходимые документы. И сама юрист, и все ее записи, разумеется, полностью в вашем распоряжении, сир. Я уверен, вы понимаете тактическую необходимость неожиданности. Я никому ничего не сказал до своего отъезда, чтобы Ришар не был предупрежден и не подготовился.

– Кроме Байерли, – подсказал Грегор.

– Кроме Бая, – согласился Доно. – Мне нужно было доверенное лицо в столице, чтобы следить за всеми шагами Ришара, пока я далеко отсюда и недееспособен.

– Ваша лояльность кузену чрезвычайно… примечательна, – пробормотал Грегор.

Бай поглядел на него с опаской. – Спасибо, сир.

– И ваша замечательная предусмотрительность. Я обратил на нее внимание.

– Это казалось личным делом, сир.

– Я вижу. Продолжайте, лорд Доно.

Доно чуть помедлил. – СБ уже передала Вам мои медицинские файлы с Беты?

– Только этим утром. Очевидно, были небольшие задержки.

– Не вините того славного парня из СБ, который за мной следил. Боюсь, Колония Бета его слегка ошеломила. И бетанцы вряд ли передали ему эти данные по собственной воле, тем более что я просил их этого не делать. – Доно любезно улыбнулся. – Я доволен, что он справился с этим вызовом. Было бы крайне неприятно думать, что после отставки Иллиана СБ потеряла свою прежнюю хватку.

Грегор, опершийся подбородком на руку, чуть шевельнул пальцами, подтверждая все сказанное.

– Если Вы успели взглянуть на эти отчеты, – продолжил Доно, – то уже знаете, что теперь я полностью функционален как мужчина и способен к выполнению моего общественного и биологического долга по рождению следующего наследника Форратьеров. Теперь, когда требование мужского первородства выполнено, я провозглашаю свои права на графство Форратьеров как ближайший кровный родственник и, исходя из взглядов, высказанных моим покойным братом, требую своего утверждения графом. Вторым пунктом я также заявляю, что буду лучшим графом, чем мой кузен Ришар, и буду служить своей провинции, империи и Вам с большим умением, чем он когда-либо был способен. Как доказательство этого я представляю на рассмотрение ту работу, которую вела в Округе от имени Пьера последние пять лет.

– Вы выдвигаете какие-либо еще обвинения против Ришара? – спросил Грегор.

– Не сейчас. Одному достаточно серьезному обвинению в свое время не хватало доказательств, чтобы быть вынесенным на судебное разбирательство… – Доно и Сабо обменялись взглядами.

– Пьер требовал от СБ расследования крушения флаера его невесты. Помню, я читал сводку этого доклада. Вы правы. Не было никаких доказательств.

Доно ухитрился выразить пожатием плеч «знаю, но я с этим не согласен».

– Что касается более мелких проступков Ришара – ладно, никому не было до них дела раньше и вряд ли будет теперь. Я не буду обвинять его в непригодности быть графом – хотя думаю, что на самом деле это правда – а скорее стану утверждать, что я для этого более пригоден и у меня больше прав. Именно так я и изложу дело перед всеми графами.

– И вы расчитываете получить чьи-то голоса?

– Несколько личных врагов Ришара отдали бы за меня свои голоса, даже будь я лошадью. А чтобы добрать недостающее количество, я намерен предложить свою кандидатуру партии Прогрессистов в качестве будущего сторонника.

– О? – Грегор моментально рассмотрел эту идею. – Форратьеры традиционо были оплотом Консерваторов. И Ришар, вероятно, поддержит эту традицию.

– Да. Мое сердце скорее принадлежит старой гвардии, партии моего отца и деда. Но я сомневаюсь, что многие из их сердец склонятся ко мне. Кроме того, они сейчас в меньшинстве. Нужно быть практичным.

Верно. Как тщательно Грегор ни поддерживал внешний вид императорской беспристрастности, никто не сомневался, что неофициально он поддерживал Прогрессистов. Айвен пожевал губу.

– Ваше дело вызовет шум в Совете в самый неподходящий момент, лорд Доно, – сказал Грегор. – Именно сейчас я использую все свое влияние на графов, чтобы протолкнуть через Совет ассигнования на ремонт комаррского отражателя.