– Ты думаешь и об отдалённых нуждах твоего племени, и это хорошо – вождь должен быть дальновидным. Те ваши люди, которые охотятся сейчас на земле, отданной нам твоим дядей – пусть подумают и решат, как они хотят жить дальше. Те, кто захочет жить так, как живут наши люди – пусть остаются и живут среди них. Если кто-то на той земле, что осталась у вас, тоже захочет жить, как живут у нас – пусть тоже придут к нам вместо тех, кто уйдёт к вам жить так, как жили их предки. На земле, которая нужна для прокорма только одной из ваших семей, наших прокормится вот столько, – я показал ему две растопыренных пятерни, – И ещё останется достаточно леса, для охоты – не всё время, конечно, как было раньше, но иногда, чтобы не разучиться выслеживать и добывать дичь.
– Так жить – земля хватить, – не мог не признать племянник покойного вождя.
– Да, и ещё вот что. Те меч и кинжал, которые мы подарили твоему дяде – хоть мы и дарили их ему как вождю, но дарили ЕМУ, а не племени. Будет справедливо, если их получит его старший сын, занявший место отца в его семье. А новому вождю племени – вашему племени нужен хороший вождь, заботливый и дальновидный, и мы надеемся и ожидаем, что им станешь ты – мы подарим другие, ничем не хуже тех. Разве два стальных меча в племени не лучше, чем один? – и снова у него не нашлось возражений.
А Тарквинея разве обеднеет от подаренного нашим гойкомитичам ещё одного меча? Во-первых, надо приучать их социум к понятию священной и неприкосновенной частной собственности, без которого немыслима нормальная современная цивилизация. А во-вторых, в дружественных и благодарных Тарквинее руках этот второй меч уж всяко не окажется лишним, если завтра война…
– А разве не лучше там были бы настоящие квинкеремы или хотя бы триремы? – спросил Циклоп, когда я объяснил ему отличия нашего вест-индского "гаулодраккара" от архаичной гаулы, – Разве разгонишься на одном ярусе вёсел так, как на трёх?
– Так не получится же всех на трёх, почтеннейший, – объясняю ему очевидное, – Даже на двух верхних на ТОЙ волне опасно – там у нас не эта ваша Внутренняя лужа.
– Но ты ведь, кажется, говорил, что и тамошнее море тоже отделено от Моря Мрака, как и наше Внутреннее.
– Отделено, но не совсем так. Там же не сплошной материк, а цепь небольших островов, между которыми – такие же проливы, как и тот, который соединяет Внутреннее Море с Морем Мрака, но этих проливов – множество. Поэтому и волны там почти такие же, как и здесь. Нижний ярус, наглухо задраенный от волн, бесполезен, а часто и средний тоже, и тогда оба они – вёсла и их гребцы – становятся только перетяжеляющим судно лишним грузом. А оно и так перетяжеленно – из-за волн его приходится строить совсем не так, как сторят на Внутреннем море, а так, как в Гадесе и Тингисе – на частых и крепких шпангоутах, гвоздях и заклёпках. Ну и зачем нам там ещё и эта лишняя тяжесть, которую в большинстве случаев не удастся сделать полезной?
– Ну, если эти гребцы – не прикованные к вёслам рабы, а лёгкая пехота, то разве они лишние? Дополнительная абордажная команда или десаент для высадки на берег.
– Как и на одноярусном судне тех же размеров, почтеннейший. Только свежие и отдохнувшие, а не утомлённые долгой греблей. Разве плохо перед боем посадить на вёсла свежую смену гребцов? Мы строим у себя в Тарквинее то, что гораздо лучше подходит для тамошних вод, чем суда Внутреннего моря.
– Да, ты уже как-то раз объяснял, – припомнил Одноглазый.
Объяснял я ему, правда, в немного другом контексте – на предмет возможности переброски гребных военных кораблей типа классических античных трирем и квинкерем через Атлантику. Если построить их в расчёте на океанскую волну, то бишь по гадесской технологии, то чисто теоретически это возможно – убрав вёсла, задраив вёсельные порты и пересадив большую часть их экипажей на множество транспортников, которые должны будут сопровождать перебрасываемую эскадру. Надо ли кому-то объяснять, в какие это обошлось бы затраты? И ради чего? Чтобы уже на месте убедиться, что эти обернувшиеся золотыми военные корабли античного Средиземноморья для Вест-Индии, мягко говоря, не очень подходят, а выражаясь откровеннее, никому там и на хрен не нужны?
