Чем бы ни закончилась война – победой или поражением, – разница будет лишь в чувстве гордости или унижения. Но обнищают в ходе войны практически все – большинству придется начинать жизнь заново. Общество России уже три года было погружено в состояние войны. Тогда, в 1917 году, казалось, что быть хуже уже просто не может.
И вот внутри правящих элит возникает соблазн назначить крайним за кризис лично царя – как собирательный образ верховного правителя. Элитарии, будучи сами недовольными, чувствовали и ненависть обывателей. Поэтому если сделать крайним за катастрофу одного человека, можно на волне ненависти устраниться от ответственности и затем прийти к власти.
Внутри империи созрел обычный олигархический заговор. С такого же заговора начинались Французская и Английская революции. Так же происходило в Германии после бегства императора Вильгельма.
Правящие элиты решили принести в жертву верховного правителя, чтобы пересмотреть действующий миропорядок. По факту Российская империя оставалась дворянским государством. Чтобы занять высокие посты, надо было быть графом, князем или на худой случай бароном. Влиятельные роды Шуваловых, Шереметевых, Юсуповых владели землями размером с независимое европейское княжество.
Но параллельно в империи развивались капиталистические отношения – купечество превращалось в коммерсантов, заводчики становились инвесторами. В имперских правящих элитах образовались влиятельные группы, обладавшие значительными капиталами, но не имевшие политического влияния.
Русский капитал активно срастался с бельгийским, французским, германским и английским. В Сибири в Великой степи активно действовал капитал из США. Конечно же, промышленники, биржевики, оптовики, машиностроители, перевозчики, сельхозпроизводители были недовольны миропорядком, где с капиталом считаются меньше, чем с титулом. Почему родовитый князь влиятельнее миллионера-лесосплавщика?
Таких вопросов в русской культуре задавалось все больше и больше. Первым начал будоражить тему еще Грибоедов в «Горе от ума». Там по сюжету как раз талантливый, но не очень родовитый Чацкий вступает в конфликт с дворянским обществом и, проиграв, бежит «вон из Москвы». Потом тему поддержал Тургенев с его образом Базарова. Подключился Чернышевский со своим «Что делать?». В Лондоне и других столицах активно действовала эмиграция, у которой назрел конфликт с имперской властью. Самым выдающимся оппозиционером, которым втайне зачитывались в высшем свете, стал Герцен – его «Колокол» был влиятельнее официальных газет империи.
Одним из политэмигрантов был Ленин – увлеченный написанием статей, политическими дискуссиями и убеждавший всех, что приходить к власти надо с помощью политической партии. Ленин был главой малочисленной, но боевитой полуподпольной партии социал-демократов. В те годы существовали десятки партий, которые раскалывались, объединялись и самораспускались.
Самого Ленина империя изгнала за его откровенную позицию: желание изжить на корню правящие элиты. Если быть точным, то Ленин сбежал, потому что в России ему светила вечная каторга в районе Полярного круга.
Пока правящие элиты империи сначала пребывали в военной эйфории, потом зарабатывали на войне, а затем решили сделать крайним верховного правителя в лице Николая II, социал-демократы во главе с Лениным занимались построением партийных ячеек среди солдат и на заводах.
Российская социал-демократическая рабочая партия большевиков (дальше будем называть их большевиками) была партией меньшинства. Рабочие, матросы и солдаты составляли не более 15 % всех граждан империи. Побеждать на выборах большевики не собирались.
В принципе правящие элиты империи сделали все за них: уничтожили имперский центр и сакральный источник власти – русского императора. Мы же помним, что 100 лет назад народ в России был набожный и для него царь оставался помазанником Божьим. Это правящие элиты знали, что император и его родня такие же люди, просто им повезло – или не повезло – родиться в семье Романовых.
Уничтожение императорской власти в России привело к кризису в аппаратных элитах. Никто не понимал, что происходит, потому что после того, как императора назначили крайним, улучшения не наступило. Экономика империи агонизировала. Впрочем, агонизировала также экономика Австро-Венгрии, Германской и Британской империй. Причем правящие элиты вели себя одинаково. Германские элиты принесли в жертву императора Вильгельма. Аналогично рассыпалась империя Габсбургов со столицей в Вене.
Если бы в России утвердилась власть февральских революционеров, то мы имели бы дело с двумя десятками независимых и воюющих друг с другом государств. Правящие элиты окраин не собирались делиться властью с имперским центром после отречения царя.
Борьба правящих элит с кризисом и между собой открыла для большевиков возможность организации восстания. В то время как правящие элиты боролись за посты и должности во Временном правительстве, большевики планомерно вооружали своих партийцев, агитировали солдат и матросов.
