- Чего он тебе нагородил? - спросил брат Василий. - Он провинился сегодня днём, и я поставил его на "тумбочку" вне очереди. А он, сука, сбежал...
- Голого поставил? - брат Мефодий будто засомневался.
- Голого, - брат Василий врал, не краснея. - А почему нет? Дай, думаю, голый посто-ит. Лучше запомнит.
- Убирайся, мать твою, - повторил свой приказ брат Мефодий. - Буду стрелять.
- Ну как знаешь, - сказал брат Василий, пятясь; лицо его жутко перекосилось. - Как знаешь...
Он ушёл, а брат Мефодий закрыл за ним дверь.
- Ждём, - сказал брат Мефодий Володе.
- А он не вернётся? - с опаской спросил Володя.
- Не вернётся, - заверил брат Мефодий, - он хоть и гомик, но не дурак. Знает, что я ему башку разнесу, если вернётся.
- А вы разнесёте?
- Молчи, парень, и слушай!
- Что слушать?
Брат Мефодий уселся рядом с Володей, положил "парабеллум" на колени, и только тут Володя заметил, что пальцы у брата Мефодия дрожат. Он боялся Василия, боялся быть может даже сильнее, чем Володя, но старался этого не показывать - и только руки выдали его страх.
- Улицу слушай, мать твою!
"Понятно," - подумал Володя. Значит, брат Василий всё-таки может заявиться, но толь-ко не так, как в первый раз - через дверь, а хитро бросит, например, боевую осколочную гранату в окно и в дамках.
Но ни страшным предположениям Володи, ни вполне обоснованным опасениям брата Мефодия не пришлось, к счастью, оправдаться. Они ждали, но дождались не брата Василия, а знакомый чёрный "джип". Автомобиль отчаянно засигналил, остановившись у ворот, и брат Мефодий, велев Володе сидеть на месте, выскочил из КПП.
Наставник, как и было обещано, приехал не один. С ним были уже представленные Во-лоде братья из Министерства обороны: Виктор, Михаил и Артём. Наставник был одет просто: в джинсы и кожаную куртку, а троица братьев вместо строгого покроя пар обрядилась в спортив-ные костюмы фирмы "Адидас". При этом Наставник держал в руках большой коричневый ту-бус, брат Михаил и брат Артём были вооружены автоматами Калашникова (АКС-74У, модифи-кация для "десантуры" с укороченным стволом), и только брат Виктор шёл с пустыми руками.
- Володя, так это ты?! - Наставник положил тубус и бросился к Володе.
И у Володи вдруг что-то сломалось внутри; напряжение последнего часа выплеснулось слезами, и Володя разрыдался, припав к плечу Наставника.
- Ничего, Володя, ничего, - Наставник осторожно погладил его по спине. - Теперь всё будет хорошо.
- Мы что, так и будем здесь рассиживать? - сухо поинтересовался брат Виктор; он при-гладил ладонью ёжик седых волос у себя на голове.
- Да, надо идти, - Наставник выпрямился. - Володя, подожди нас здесь.
Володя вытер слёзы и тоже поднялся.
- Возьмите меня с собой... пожалуйста, - попросил он.
- Зачем нам этот придурок? - вылез вдруг брат Михаил с автоматом.
- Молчать! - рявкнул на него брат Виктор, и брат Михаил стушевался. Тебе никто слова не давал, шестёрка! Пойдёт только тот, кому я разрешу идти. И этот парень пойдёт.
Володя с благодарностью посмотрел на брата Виктора.
В результате, пошли все. Впереди - Наставник с тубусом; рядом с ним, чуть приотстав, брат Виктор; следом - Артём и Михаил; а замыкали шествие брат Мефодий и Володя. Где может находиться брат Василий, они выясняли недолго. Зашли в жилой блок и узнали у дне-вального, что брат Василий появлялся здесь два раза, оба раза заглядывал в комнату, где спали мальчишки, и, ни слова не говоря, уходил.
- Ставлю тонну, он у себя в берлоге окопался, - сказал брат Виктор.
- Возможно, - согласился Наставник. - И это плохо.
- Думаешь, будет отстреливаться? - брат Виктор улыбнулся. - Не он первый, не он последний - выкурим.
- Он тебе не тупой сверчок, - обронил Наставник.
- Знаю, - отмахнулся легкомысленно брат Виктор, - но одну ошибку он уже сделал.
Наставник не стал выяснять, что брат Виктор называет "ошибкой", а только велел дне-вальному оставаться на месте и ребят не будить, что бы не случилось и какие бы звуки он с улицы не услышал. Дневальный повторил приказ, преданно глядя на Наставника.
Брат Василий действительно "окопался" у себя. Когда молчаливая процессия приблизи-лась к его домику, раздался звон бьющегося стекла и ночной апрельский воздух вспорола оче-редь из крупнокалиберного пулемёта.
Все повалились на сырую холодную землю.
- Вот сука! - ругнулся брат Виктор, но, как показалось Володе, совершенно беззлобно: чего-то в этом духе он, по всей видимости, и ожидал.
Брат Василий дал короткую очередь, потом ещё одну и затих.
- Василий! - крикнул Наставник с земли. - Не позорься. Выйди и прими наказание, как полагается рабу божьему.
Брат Михаил, который лежал рядом с Володей, нервно хихикнул. А брат Василий ответил новой очередью. Было ясно, что в переговоры вступать он не намерен.
- Да-а, - сказал брат Виктор. - Что будем делать?
