— Конечно, а ты что подумала? — лиррон посмотрел на меня как на редкостную дурочку.
— Я не лиррон, чтобы узнавать артефакты по одному их виду. Мне нужно прикоснуться к вещи, чтобы понять, — огрызнулась я в ответ.
Пушистый хмыкнул, но не стал развивать тему моей необразованности в области артефакторики. Я была готова взорваться от любопытства и от нетерпения пританцовывала на месте. Зимфаил молча подал мне сверкающий медальон, я осторожно протянула руку, чтобы аккуратно взять его.
Вещица была небольшого размера, примерно в четверть моей ладони, узкий продолговатый корпус имел крышку, на которой радугой сверкала россыпь самоцветов. Я попыталась поддеть крышку ногтем, но та не поддавалась. Покрутив медальон и так, и эдак, я взялась за него всерьез, под дружные подбадривая Зимфаила и Из, которая осмелела и подала голос, как только услышала, что лиррон не может ее обнаружить. Достав маникюрные ножнички, я принялась ковыряться в крохотном замочке.
— Давай, попробуй повернуть вот здесь! — лез под руку лиррон.
—
— Да замолчите вы оба! От вашего гомона я не могу сосредоточиться, — не выдержав, рявкнула я и тут же закусила губу, сообразив, что только что выдала себя с головой. Но лиррон был так увлечен моими манипуляциями, что даже не заметил моей оплошности.
Внезапно в крышке неприступного медальона что-то тихо щелкнуло. На миг я замерла в предвкушении, а потом с опаской открыла загадочный артефакт.
Нашим взорам открылась старая пожелтевшая фотография, на которой был изображен молодой красивый мужчина, на полных губах которого играла добродушная улыбка, а черные волосы крупными локонами разметались по широким плечам, обтянутым военным мундиром. Рядом с мужчиной стояла женщина, но так как часть фотографии была обрезана, рассмотреть ее было невозможно.
Я задумчиво разглядывала изображение и не могла понять, почему этот человек кажется мне таким знакомым. Какая-то мысль щекотала край сознания, но мне никак не удавалось поймать ее.
Тем временем Зимфаил сковырнул краешек фото и потянул его на себя.
— Ты что творишь?! — возмутилась я. — Аккуратнее!
— Там что-то есть, — упрямо запыхтел пушистый, пытаясь отделить фотокарточку от металлического дна.
—
Наконец, лиррону удалось отклеить старую бумагу и на дне медальона обнаружились нацарапанные буквы: «А.Д. и Л.А.»
— Это что еще такое? — почесал лиррон нос.
— Наверное, это инициалы мужчины с фото, а вторые — женщины, что стоит рядом, — я задумчиво провела пальцем по тонким линиям. — Но почему такая ценная вещь оказалась здесь, в какой-то заброшенной кладовке в академии?
— Понятия не имею. Интересно, кто этот человек?
— Ясно, что он был военным, посмотри на его форму. — Свербящее чувство снова вернулось, что-то не давало мне покоя, и я не могла понять, что именно. — Может быть, это просто забытая кем-то вещица и никакого особенного значения она не имеет?
— Это артефакт, Мирра, причем довольно мощный. Мое чутье никогда меня не подводит.
— Как думаешь, что он может? — я потыкала пальцем в медальон.
— Судя по запаху — это довольно мощная защита. Я чую присутствие иллюзорной магии, — Зимфаил принюхался, — и чего-то еще. Мммм… не могу разобрать. Следы слишком старые, затертые.
— Что ты имеешь в виду под следами? — полюбопытствовала я, ведь не каждый день можно расспросить лиррона про природу его магии.
— Каждый раз, когда артефакт активируют, остается след — магическая эманация. Этим артефактом не пользовались лет двадцать, как минимум. Я чувствую, что в последний раз его практически выжали до донышка. Но за такое долгое время процесс восстановления успел успешно завершиться.
— Значит, им можно пользоваться?
— Верно. Но для начала надо разобраться, как именно. Для этого потребуется время, а пока необходимо придумать, куда его спрятать.
— Зачем его прятать? Кто будет копаться в моей комнате?
— Возможно, никто, а возможно, кто-то заинтересуется запахом мощной магии, спрятанной в этой вещице.
— Ты имеешь в виду лирронов?
— Ты же не думаешь, что я работаю здесь один? — усмехнулся в ответ Зима. — Если бы не твоя способность, природу которой я, кстати, еще не разобрал, ты бы даже не догадалась о моем присутствии.
— То есть любой лиррон может приходить и шарить у меня в комнате?! — возмутилась я.
— Конечно, нет. Но предосторожность никогда не бывает лишней. Я поставлю щит от непрошеных гостей на твою комнату.
— Никакого личного пространства. Если бы я вас не видела, даже не догадывалась бы, что повсюду рыщут любопытные мохнатые любители чужих артефактов, — недовольно проворчала я.
— Ну-ну, успокойся, мы всего лишь работаем и решаем бытовые вопросы. Давай спрячем артефакт на всякий случай.
— Но куда? — Я развела руками, оглядывая свою крохотную комнатку. — Здесь нет никаких укромных мест.
— Придумал! — подпрыгнул пушистый. — Я гений.
— Ну же, гений, говори скорее.