— Боже, это же стоит кучу денег! — воскликнула я, увидев на каждом из них дизайнерских лейблы. Только джинсы тянули на тысячу с лишним долларов, а здесь их было по меньшей мере штук десять. — Я не могу это взять!
— Тебе не нравится?! — ошеломлено проговорила Джо.
— Очень нравится, но их так много!
— Для себя ты уже всё скупила, теперь будешь скупать для Лилы. У нас в доме скоро не останется места, кругом твои вещи, туфли, сумки и всякое барахло! — проговорил Нит, скорчив недовольную гримасу.
— У меня только самое необходимое! — Джо сузила глаза.
— Да, поэтому многие вещи ты даже не разу и не надела, — произнес он с издевкой. Они ссорились как муж с женой, мне стало смешно. — И забрала мой кабинет под дополнительную гардеробную!
— Ты сам мне его отдал! — уперла она руки в бока.
— Ну, — поднял он свои большие карие глаза к потолку, — ты очень убедительно попросила.
На щеках Джо вспыхнули алые пятна, словно маки.
Нит подмигнул ей.
— У меня есть еще пара бесхозных комнат.
— Ты об этом пожалеешь! — Джо от возмущения заговорила шипящим шепотом.
— Уже возбуждает, — проговорил Нит, поигрывая бровями.
Он подался вперед, опираясь локтями на колени. Отсутствие грации у Нита с избытком компенсировала брутальная резкость. В сочетании с добром, сиявшим из его глаз, она обретала особый шарм.
— Семейные разборки оставьте себе! — Илай хлопнул ладонью по груди Нита. — Теперь мой черед.
Илай протянул мне маленькую черную коробочку, не больше шкатулки. В ней лежал серебристый ключ. Самый обычный, немного потертый, который мог подойти к сотням замков. Оставалось только гадать, от чего он мог быть.
— От твоего сердца? — усмехнулся Нит.
— От его сердца был бы не ключ, а сложный шифр, — предположила Джо.
— Значит, Лила — первоклассный взломщик, — произнес Илай, развалившись на диване, его ноги лежали на журнальном столике.
— Так от чего он? — меня одолевало любопытство.
— Я не скажу, — Илай хитро улыбался, — а покажу.
— Сегодня?!
Он по-кошачьи прищурил глаза и покачал головой. Все были заинтригованы, меня же любопытство просто раздирало на части.
— И, конечно же, это, — Илай показал на предмет, спрятанный за белой бумагой. То, ради чего мы приходили к стеклодуву.
Я подошла к столу, строя догадки, что спрятано внутри.
— Я могу открыть? — обратилась я к Илаю.
— Скорее! — выкрикнула Джо.
Я разорвала тонкую бумагу. Под ней оказалась скульптура, изображавшая двух влюбленных. Огонь и вода. Они стояли, крепко обнявшись. Нет, даже не так — они практически переплелись вместе: огненно-оранжевый юноша стоял, наклонив голову к хрупкому голубому силуэту девушки. У его ног вспыхивали языки пламени; поднимаясь наверх, обвивали ее тонкий стан. Местами оранжевое и голубое стекло смешивалось, создавая необыкновенную игру цвета и глубины.
— Боже!!! — я прикрыла лицо ладонями. — Они великолепны. Это просто… что-то… что-то невероятное!
— Только я заказывал ее не как подарок для тебя, — сказал Илай, и я от удивления просто примерзла к полу. Он засмеялся.
— Нет?!
— Он для нас с тобой, мы поставим его дома.
Как эти слова грели меня, поднимали на невиданные высоты блаженства! Я знала, что Илай живет в одном доме с Нитом и Джорданой, что когда я приеду в Амбре, то тоже буду жить там, но сделать первую покупку в наш дом было просто невероятным чувством. Наверное, я бы пришла в восторг даже если бы мы купили упаковку молока или сковородку, а тут — целый шедевр, изображающий нас, как семейный портрет, только лучше.
— Одобряю, — улыбался Нит. — А теперь мой подарок, — он протянул мне красный пенал. В нем тоже лежал ключ.
— Еще один, — констатировала я.
Только с этим всё было проще. Ключи от машины. От «Ауди».
Илай присвистнул.
— R8.
— Конечно же, — заулыбался Нит.
— Ты что, даришь мне машину? — голос пискляво подскочил вверх.
— Всего лишь машину, — небрежно бросил Нит.
— Я не могу ее принять, — покачала я головой.
Все засмеялись, если бы отлично пошутила.
— Конечно, можешь, — улыбалась Джо.
— Думаю, ты удивишься больше, когда обнаружишь, от чего вон тот маленький ключик, — Нит вытянулся рядом с Илаем. Они были настолько разными, что даже при большом желании найти между ними сходство не удавалось. Такой большой и смуглый Нит, похожий на черного барибала, и Илай, который повадками и грацией напоминал золотистого ягуара.
Я держала ключи в руках, не зная, как поступить.
— Это же твое восемнадцатилетние, самый важный день для туата. Машина — всего лишь приятная декорация к нему.
А потом подошел Пьетро и протянул синий бархатный кейс.
— С днем рождения, — он впервые мне улыбался, хотя едва заметная тень настороженности всё еще плескалась на задворках его взгляда.
Я открыла крышку и обнаружила браслет из белого металла, переплетенного, словно волны. На браслете подрагивали подвески из сапфиров в виде капелек. Они ярко искрились даже в мягком свете китайских ламп. Пьетро помог застегнуть его на тонком запястье. Его пальцы касались кожи, разливаясь по мне теплом.
— Спасибо, — проговорила я, ошеломленная подарком.
— Чуть не забыл! — воскликнул Илай.
