Илай двигался быстрее, чем я, гораздо быстрее. Когда он внезапно возник передо мной, я громко врезалась в него, застонав от неожиданности, схватившись за руку.
— Что ты творишь?! — крикнула я в ужасе.
Уголки его губ приподнялись в легкой ухмылке, он обрушил на меня жадный взгляд, в глазах вспыхнул тот самый огонь. Прорычав, Илай смахнул потемневшие от талого снега волосы назад и врезался в меня, зажимая в руках. Он двигался словно молния, минуту назад пронзившая землю у его ног. Одна ладонь Илая была на моей спине, а другая — легла на шею, притягивая меня сильнее, так что я не могла пошевелиться. Перед тем, как я успела что-либо осознать, он прижал меня со всей силы к сосне и раскрыл мой рот своим. По телу побежало электричество.
Я попыталась вырваться, но он сильнее вцепился губами, его язык двигался внутри меня резко, с ошеломительной страстью, опьяняя мозг. Из его груди доносились возбуждающие хриплые звуки, от которых я закипела и мои колени обмякли. Илай подхватил мою ногу рукой, бесстыдно запуская пальцы под шорты, и прижал меня своими бедрами. Его губы напористо скользили по шее, я, откинув назад голову, промычала нечто невнятное. Волосы темным водопадом заструились на плечи. Мои тонкие пальцы пробрались к нему под майку и уперлись в грудь, то ли отталкивая, то ли притягивая. Его тело стало твердым и горячим, как раскаленные камни. Запах Илая, от которого подкашивались колени, усилился. Глубоко вдыхая его, я поняла, что в который раз уплываю и не знаю, как остановиться, не хочу.
— Люблю тебя! Так сильно, что проглотил бы целиком! — сбивчиво прохрипел он. Его дыхание напоминало шторм.
Я не выдержала и посмотрела в его наглые глаза. Нельзя ведь так правдоподобно врать!
— Уходи, — оттолкнула я его.
Он остался стоять где был, прожигая меня самодовольным взглядом.
— Неужели так сложно уважать мой выбор?!
— Какой выбор?! — Илай прислонился ко мне лбом. — Оставить меня, даже не выслушав? Не дав мне объясниться?!
— Боже, — прорычала я, отворачиваясь в сторону, — да о чем ты говоришь?! Я видела, как ты целовал ее! И это твое право, твоя свобода выбора, и я изо всех сил стараюсь принять его, стараюсь уважать несмотря ни на что. Но, пожалуйста, всё, что я прошу взамен, — уважать меня! Мне нужна правда!!! Я ее заслуживаю!
— Как никто другой, и вот тебе правда, — сказал Илай, взяв меня за плечи, — Я не знал, что это Марина! Я был уверен, что передо мной ты, — Илай облокотился о дерево. — Марина — гролл. И не простой гролл, а очень могущественный. Она дочь Ареса Ольтура.
Снова эта фамилия, и то, сколько смысла вкладывалось только в ее произношение, меня бесило.
— Мне всё равно, кто она!
— Гроллы — перевозчики душ из мира живых в мир мертвых — нижний Амбре. Наша работа отчасти схожа, только туаты прикреплены к месту, за которым следят, а гроллы — к людям. Они чувствуют, когда их подопечный должен умереть, и приходят за его душой. Как коллекторы, понимаешь?
— Очень смутно. То, чего я не понимаю — каким образом это связано с тем, что ты бросился ее целовать?!
— Гроллы могут вызывать галлюцинации и разного рода видения, а Марина проделывает подобные фокусы так же легко, как дышит. Я видел тебя, целовал тебя. Ведь именно ты ждала меня в библиотеке, и я вернулся к тебе. И только когда Джаред закричал на меня, я понял! — он выдохнул, — Только ты уже ушла.
Я молча слушала его, не зная, верить ли его словам. А верить хотелось неимоверно.
— И она вот так просто может прикинуться кем угодно?
— И да, и нет. Я могу блокировать ее, если знаю, кто передо мной; но я не был готов, да и прежде Марина так не поступала. По крайней мере, со мной. В Амбре подобное приравнивается к тяжелому преступлению — на уровне преднамеренного убийства здесь, в человеческом мире. И что даже важнее, внедрение их очень истощает.
— Ее это не остановило.
Илай пожал плечами.
— Я сожалею, что ничего тебе не рассказал о гроллах и о Марине в частности. Это самые большие лжецы, или манипуляторы, которые существуют. Их такими создала сама природа.
— Она же неспроста бросилась на тебя? Что между вами?
— Ничего. Ее словам верить нельзя. Это аксиома — ни при каких обстоятельствах не доверяй гроллам.
Он смотрел на меня и заулыбался.
— Что забавного?
— Ураган, гром, ливень и снег… Ах, да еще и молния, которой ты хотела убить меня. Еще одно бесценное подтверждение тому, как сильно ты меня любишь.
Он крепко обнял меня и как-то по-детски уткнулся носом в шею.
— Так же, как и я тебя, — прошептал он.
Сегодня в школе все оживленно переговаривались о том, кто займет место Яна в команде. К нашему приходу ажиотаж вокруг перестановки достиг апогея, некоторые даже делали ставки, гадая, кому достанется теплое место ресивера. Я всегда была далека от брутальных мужских игр и по этой причине не интересовалась тем, что происходило на поле. Однако, по всей видимости, на скамье запасных не нашлось по-настоящему сильного игрока, способного заменить Яна.
