— Может, и не тяжелые, но они же длинные, — сказал Билл. — Даже если они скатаны вдоль, все равно рулон получается в шесть метров длиной. Мне придется тащить его волоком и при этом отбиваться от инопланетян. А если фольга погнется или изомнется?
— И думать не смей! — вскричал Ухуру. — Это калиброванная фольга, изготовленная с величайшей точностью и очень малыми допусками. Наверное, надо послать кого-нибудь тебе в помощь. Есть добровольцы?
— Только не я, — простонала Киса. Она оказалась единственной, кто хоть как-то откликнулся на предложение вызваться добровольцем: остальные только поспешно попятились.
— Не отвечайте все сразу, — сказал Ухуру. — Может быть, кинем жребий? Вот соломинки.
— Знаю я эти твои соломинки, — заявила Рэмбетта. — Убери их с глаз долой.
— Ну, ладно, — сказал Ухуру. — У меня есть другие.
Он выложил на стол нарезанные пластиковые трубочки, указал на одну, которая была короче других, взял их в руку и перемешал, чтобы не было видно, которая короче.
— Ну, это, по-моему, справедливо, — неохотно признала Киса, выбирая себе соломинку.
— Конечно, раньше жить мне было куда легче, — пожаловался капитан Блайт, зажмурив глаза и вытягивая соломинку. — Если предстояла неприятная работа, я всегда мог отдать приказ какому-нибудь бедняге. А эти демократические процедуры мне очень не по душе.
— У меня короткая! — радостно вскричал Мордобой. — Я с тобой, Билл! Нам мало что светит. Ты готов умереть, как мужчина?
— Ну, не совсем, — признался Билл.
— Что ж, такова судьба солдата, — торжественно произнес Ухуру. — И так и сяк подыхать — либо в казарме от скуки, либо на поле битвы от руки врагов. Вообще-то я бы и сам с вами пошел, только мне нужно все приготовить для установки экранов — на случай, если вы все-таки ухитритесь вернуться живыми.
— Премного благодарен, — насмешливо отозвался Билл, от которого не укрылась нотка трусливого лицемерия в его голосе.
— Мне нужен огнемет, Моу, — заявил Мордобой. — Без огнемета я туда не полезу.
— Вот этот я сделал из агрегата к холодильнику, — гордо сказал Моу. — Осторожнее, он заправлен ракетным горючим.
— Дай-ка свой хороший нож, Рэмбетта, — попросил Мордобой. — Он мне пригодится.
— Ни за что, — огрызнулась Рэмбетта.
— Но если они не вернутся, он тебе все равно не понадобится, верно? — рассудительно заметила Киса. — Дай ему нож.
— Ты не знаешь, что это за нож! — вскричала Рэмбетта. — Его вручила мне мать на церемонии совершеннолетия, когда я получила свою первую летучую мышь. Это у меня единственная память о ней и о том прекрасном мире, который теперь так далек. Мордобой, ты бы мог отдать свой топор?
— Еще чего? — возмутился Мордобой. — Но нам нужен этот нож. Давай-ка его сюда, не то сам возьму.
— Ну зачем мы ссоримся? — простонала Киса. — Неужели нам мало врагов, чтобы еще ругаться между собой?
— Это нервы, — сказал Кейн. — Типичная человеческая реакция на непреодолимый страх — кидаться на всех, кто оказался поблизости.
— По-вашему, я трусиха? — вскричала Рэмбетта. — Все вы, мужчины, одинаковы, даже андроиды. Значит, если я женщина, то у меня кишка тонка? Я вам покажу! Давай мне свой огнемет, Ухуру, я иду туда. Если эти двое неуклюжих недотеп — наша последняя надежда, то не видать нам фольги, и можно сразу сдаваться.
— Ну-ка, покажи им, на что способна настоящая женщина! — поддержала ее Киса. — Ур-р-а-а!
— Не отдам я огнемет, — сказал Ухуру, крепко прижав его к себе.
— Возьми вот этот, — предложил Моу. — Я сделал его из кое-каких радиодеталей и гигиенического пакета на случай качки.
— А вы, недотепы, что стоите разинув рот? — крикнула Рэмбетта, хватая огнемет. — Пошли!
— Пошли! — заревел Мордобой, со свистом рассекая воздух топором. — Кровь и смерть! Вот потеха!
Билл неохотно двинулся за Мордобоем и Рэмбеттой к шлюзовому коридору, где они громкими криками и несколькими точными ударами разбудили сладко спавшего Ларри. Билл с облегчением заметил, что Трудяга, покидая корабль, закрыл за собой загрузочный люк.
— Я первая, — заявила Рэмбетта, распахнув люк ногой и обдав коридор длинным языком пламени. — Вы двое идите за мной. Не шумите и не стреляйте, пока не выберемся из коридора. Я не желаю, чтобы меня поджарил какой-нибудь идиот, которому не терпится пострелять.
Билл с радостью последовал ее указаниям и нырнул в дымящийся узкий коридор впереди Мордобоя: он подумал, что самое безопасное место будет посередине. Пробираясь по темному коридору, он размышлял о том, что на самом деле он вовсе не трус. Это всего лишь разумная стратегия — нужно принимать во внимание все факторы, способствующие выживанию, и тщательно их взвешивать. И не высовываться зря.
— Приготовиться! — сказала Рэмбетта, когда они приблизились к входу на станцию. — Ставим огневую завесу и выскакиваем. Считаю до трех. Раз! Два! Пошли!
Билл немного задержался, потому что ждал команды «три» — как послушный солдат, привычный в точности выполнять приказы. Но когда Мордобой могучим ударом вытолкнул его в вестибюль станции, он нажал на спусковой крючок огнемета и обдал все вокруг пламенем.
— Попал! — заорал он. — Смотрите, как горят!
