Она повернулась и оперлась на перила балкона. На Хальционе наступили сумерки, и три его луны появились на небе друг за другом. Высыпали звезды, причем в таком количестве, что небо Терры никак не могло бы соперничать с небом Хальциона. Макс увидел незнакомые созвездия и обнаружил направление, по которому они вылетят завтра, чтобы совершить переход через гиперпространство и достигнуть Новой Терры.
Пока юноша познакомился только с четырьмя новыми небесами, причем не хуже, чем с тем, что висело над его головой в холмах Озарка, — и узнает много других. Он уже изучал по картам небеса, которые ему предстояло увидеть во время полета.
— О Макс, посмотри, как прекрасно!
— Да, конечно. Смотри-ка, да это метеор! Они встречаются здесь редко, очень редко.
— Загадай желание, Макс! Загадай поскорее!
— О'кей.
Юноша загадал, чтобы легко отделаться после того, как его обман будет раскрыт на Земле. Затем решил, что это несправедливо; лучше пожелать, чтобы Сэм выпутался из своих неприятностей. Правда, Макс не верил ни в первое, ни во второе.
Элли повернулась и посмотрела ему в лицо.
— Ну, что ты загадал?
— Что? — Внезапно юноша смутился. — Это нельзя говорить, иначе не сбудется.
— Ладно. Но я уверена, что твое желание исполнится, — произнесла девушка с нежной улыбкой.
На мгновение ему показалось, что можно поцеловать Элли, и она не будет против — не надо только спешить. Однако момент прошел, и через несколько секунд они вернулись в зал ресторана.
Чувство блаженства не оставляло его, когда они возвращались на корабль. Видимо, он живет в хорошем мире, хоть в жизни и случаются трудные моменты. Вот он, уже по сути дела младший астрогатор во время своего первого космического путешествия, — а ведь прошло всего несколько недель, как он брал на несколько дней у Макалистера мулов, чтобы вспахать поле, и ходил босиком, чтобы не износить ботинки.
И вот он уже в форме офицера, едет рядом с самой богатой наследницей на четырех планетах.
Он погладил знаки отличия на груди. Теперь, когда он стал офицером, женитьба на Элли не представлялась ему такой уж безумной идеей. Если, разумеется, он захочет жениться. Ее отец, по-видимому, не будет считать офицера космофлота — к тому же астрогатора — нежелательной партией для своей дочери. Элли хорошая девушка; у нее твердый характер; к тому же она умеет играть в трехмерные шахматы, тогда как большинство девушек не в силах даже запомнить правила игры.
Макс все еще испытывал чувство блаженства, когда они подъехали к кораблю и поднялись на лифте к шлюзу.
У входа его ждал Келли.
— Мистер Джонс, капитан хочет поговорить с вами.
— Что? О, конечно. До свидания, Элли, — мне нужно бежать.
Он повернулся и поспешил следом за Келли.
— Что случилось?
— Доктор Гендрикс умер.
Пока они шли, почти бежали, к каюте капитана, Макс попытался выяснить у Келли подробности случившегося.
— Не знаю, Макс, честное слово, не знаю. — Келли едва не плакал. — Я видел его перед ужином — доктор Гендрикс зашел в «беспокойную дыру» проверить, чем вы занимались с Коваком. Он выглядел здоровым. Однако вечером интендант нашел его мертвым в кровати. — Келли прибавил испуганным голосом: — Не знаю, что будет дальше.
— Что вы хотите сказать, шеф?
— Ну… если бы я был на месте капитана, я остался бы здесь и послал заявку на нового астрогатора. Трудно сказать, что теперь произойдет.
Лишь теперь Макс понял, что после смерти доктора Гендрикса астрогатором станет мистер Саймс.
— Сколько времени потребуется на то, чтобы дождаться смены?
— Рассчитайте сами. «Дракон» летит примерно в трех месяцах от нас; он забирает нашу почту. Замена прибудет примерно через год.
Макс знал, что вопреки распространенным представлениям сами звездные корабли являлись быстрейшим способом связи; радиограмма — если кому-нибудь пришла бы в голову глупая мысль послать ее — прибудет на Землю больше чем через двести лет и столько же времени потребуется, чтобы получить ответ.
Дверь капитанской каюты была открыта, и внутри толпились офицеры корабля, молча стоявшие перед столом капитана с торжественно-траурным выражением на лицах. Макс незаметно проскользнул между ними и постарался казаться незаметным. Келли стоял в коридоре и в каюту не вошел. Капитан Блейн сидел, склонив голову. После Макса появилось еще несколько человек, принимавших участие в праздничном обеде в ресторане «Жозефина». Первый офицер Уолтер пересчитал прибывших, убедился, что пришли все, и тихо сообщил капитану:
— Все корабельные офицеры собрались, сэр.
Капитан Блейн поднял голову, и Макс был потрясен, увидев, как постарело его лицо.