— Ничего. Это Дальнобойная чара-Балбеска. Спрячьте ее в надежное место. Продолжайте паломничество. В какой-то момент — через несколько секунд, или часов, или даже дней — вы услышите звук гонга. Это будет означать, что талисман принял рабочее положение. Возьмите его в руку и понудьте присоединиться к другой половинке. Он внутренне запрограммирован именно на это, но никогда не вредно повторить команду. Талисман перенесет вас к своей половине, а неподалеку вы увидите чудесного коня. На нем будут седельные сумки, в одной из них найдете золотой подсвечник. Я внятно излагаю?
— Вполне, — заверил сэр Оливер. — Найду подсвечник.
— После этого отправляйтесь в Венецию, если еще не будете там. Сразу, как приедете, а то и раньше, ваше желание исполнится. Когда все закончите, будет церемония, довольно торжественная. Дальше вы свободны пользоваться вашей удачей.
— Звучит замечательно, — сказал сэр Оливер. — Где подвох?
— Подвох? Никакого подвоха нет!
— В таких делах обычно бывает подвох, — изрек сэр Оливер важно.
— Откуда вам знать, что обычно бывает в волшебных историях? Послушайте, вы хотите участвовать или нет?
— Хочу, хочу, — воскликнул сэр Оливер, — просто думал проявить осмотрительность. Однако, простите, сэр, если я скажу: уж больно много тут всего накручено. Почему мне нельзя сразу пройти к волшебному подсвечнику?
— Потому что вы должны кое-что сделать между включением талисмана и достижением вашей великой победы.
— Это «что-то» — оно не будет очень трудным?
— Достаточно! — резко оборвал торг Аззи. — Приготовьтесь исполнять, что потребуется. Если есть хоть какие-то сомнения — верните ключ. Отказ по ходу дела может плохо для вас кончиться.
— О, не волнуйтесь, — сказал сэр Оливер, держа ключ перед собой и словно набираясь решимости.
— Повторяю, вы получите дальнейшие указания.
— Нельзя ли намекнуть, какого рода?
— Вам придется принимать решения.
— Решения? О Господи, — сказал сэр Оливер. — Не уверен, что мне это по вкусу. Ладно, не обращайте внимания. Я просто должен пуститься на волю волн, и все кончится для меня хорошо, так ведь?
— Именно это я и пытаюсь вам втолковать. Единственное, что лукавый требует от человека: по мере сил исполнять свой долг. На большее Зло не претендует.
— Прекрасно, — сказал сэр Оливер. — Так я пойду?
— Спокойной ночи, — отвечал Аззи.
Выбравшись из ящика Пандоры, Илит полетела с докладом к архангелу Михаилу. Она нашла его в кабинете в здании Всех Святых на Западных Небесах, где тот сидел над кипой пергаментных распечаток. Было уже поздно, другие ангелы и архангелы давным-давно разошлись. Но в ведомстве Михаила ярко горели свечи, архангел читал донесения от своих агентов по всей Вселенной. То, что там говорилось, сильно его тревожило.
Когда вошла Илит, он поднял глаза.
— Привет, дорогая. Что-нибудь стряслось? Ты какая-то встрепанная.
— Понимаете, сэр, со мной только что произошло приключение.
— Вот как? Пожалуйста, просвети меня.
— В сущности, чепуха. Какой-то дурак вызвал меня с помощью талисмана, потом Гермес засадил в волшебный ящик Пандоры, и освободилась я только с помощью Зевса.
— Зевса? Старик еще трепыхается? Я думал, он в Посветье.
— Он там и был, сэр, но спроецировался ко мне в волшебную шкатулку.
— Ах да. Я запамятовал, что древние боги такое умеют. А как же ангелочки, которых ты сопровождала по земным святыням? Они под присмотром?
— Я, как только вырвалась из ящика Пандоры, поручила деток Пресвятой Деве и полетела доложить вам.
— А Пресвятую Деву это не обременит?
— Она охотно сошла со златого престола Небес и занялась обычными хлопотами. Не глупо ли, сэр, что поэтическая традиция привязывает нас к некоему месту, с которого мы после не можем сойти?
Михаил кивнул, потом сказал:
— У меня для тебя важная работа на Земле.
— Прекрасно, — кивнула Илит, — люблю посещать святыни.
— На этот раз работа будет связана не столько с туризмом. Речь пойдет об Аззи.
— Ха! — воскликнула Илит.
— Похоже, твой демонический приятель снова что-то затевает. Что-то в высшей степени скользкое.
— Странно, — заметила Илит. — Мы совсем недавно столкнулись в Йорке, у него и в мыслях ничего не было. Он шел смотреть высоконравственную пьесу.
— Видимо, это его и надоумило, — сказал Михаил. — Есть сведения, что он развил бурную деятельность. Мои наблюдатели сообщают, что он подключил похабника Аретино, это мерзостное орудие Сатаны. Учитывая уже известную склонность Аззи к неожиданным фортелям, я предпочитаю быть в курсе.
Илит кивнула:
— Но зачем вам тревожиться из-за простой пьесы?
