Вопрос задал Рашад бин Саламани, старший офицер группы физического устранения и противодействия диверсионной деятельности. Вопрос Рашада был понятен, именно в его отделе в свое время работал Бадр, которого сегодня разыскивали как врага государства. Сам руководитель тоже считал странным настойчивое желание принца уничтожить, а не захватить преступников. Обычно уничтожение потенциального шпиона считалось провалом операции, так как прерывалась цепочка, позволяющая выявить всю сеть. Необходимость физического устранения беглецов принц подчеркивал несколько раз, вызывая в голове руководителя службы подозрения, что живая женщина опасна для самого принца, опасна секретами, которые необходимо было похоронить с ней.
— Принять все меры, — голос Зиянуддина Шарави прозвучал угрожающе, — чтобы преступники были захвачены живыми и дееспособными.
Подчиненные переглянулись, но вопросы не задавали. Необходимо было допросить эту парочку и выяснить, что именно пытается скрыть Зияд. Имея компромат на принца, его можно сделать игрушкой в своих руках, заставить плясать под свою дудку. Далее все пошло в обычной канве, доклады сменялись докладами, периодически он задавал вопросы или делал пометки в своем блокноте. Закончив совещание, Шарави попросил задержаться начальника отдела по контролю работы полиции, Рашада бин Саламани.
— Рашад, удали тот звонок в полицию из Мизули с сервера полиции. Полицейскому, выезжавшему на место, дай инструкции: звонка не было, он никуда не выезжал. Необходимо сохранить этот момент в тайне, мы сотрудничаем с принцем, но мы — королевская государственная служба. И я не позволю личным мотивам принца, а я уверен, что они здесь присутствуют, испортить нам всю работу. Наша цель захватить, допросить и перевербовать, если объект будет представлять для нас ценность. Судьбу вашего бывшего офицера Бадра я оставляю на ваше же усмотрение. Предупредите все свое подразделение: огонь открывать только при непосредственной опасности для их жизни и открывать его не на поражение. Вам все понятно?!
— Абсолютно все, эфенди!
— Тогда приступайте к выполнению возложенной на вас задачи.
Начальник отдела откланялся и вышел. Зиянуддин нажал на кнопку селектора и дал указание своему секретарю, молодому офицеру:
— Срочно вызовите мне Амира Ахмеда Часави.
Амир Ахмед был компьютерным гением и, явившись через полчаса, выслушал своего шефа, не выдавая удивления.
— Мне нужно знать последние две недели жизни покойного принца Абдель-Азиза и принца Зияда Сасави. Все. Взломай их телефоны, отследи звонки, геолокацию. Места, которые они посещали, фото и видео из их компьютеров, фото и видео с камер наблюдения, даже удаленные. Все, даже если тебе покажется это малозначительным, их переписку, письма по электронке, платежи.
Ахмед Амир кивнул и ушел. Секретарь руководителя службы общей разведки, дождавшись ухода своего босса из кабинета, вытащил миниатюрное записывающее устройство, вмонтированное в кофейник. Вечером того же дня руководитель департамента DGSE — General Directorate for External Security по Ближнему Востоку французской разведывательной службы в Бейруте получил шифровку. Дешифровка заставила вытянуться и без того длинное лицо Алена Готье. Наряду с содержанием темы совещания, на его стол легла фотография женщины, которая ранее была переслана в бюро сотрудницей лагеря «Заатари» Амели, считавшей Александру Иванову глубоко законспирированной сотрудницей ФСБ. Информация была интересной.
Уже второй год секретарь руководителя службы общей разведки работал на него, пойманный в ловушку при помощи старого примитивного трюка: красивой женщины. Молодому юристу, поехавшему на стажировку по французскому языку в Париж, вскружила голову его сотрудница Элен. Было фото, было видео и записи разговоров, когда, пытаясь придать себе значимости в глазах девушки, молодой сотрудник безопасности проболтался о некоторых вещах.
В разведках европейских стран его бы просто уволили. Но спецслужбы Саудовской Аравии за такое вешали. Вешали безжалостно. И саудовскому разведчику ничего не оставалось, как, проклиная свою похоть и несдержанность, исправно поставлять информацию новому работодателю.
Со столешницы на Алена Готье смотрела умопомрачительно красивая молодая девушка, вызвавшая переполох во всем Саудовском королевстве. «Кто ты, мадмуазель Иванова?» С этими мыслями начальник департамента DGSE поставил визу на секретном документе: «Выяснить, найти, задержать! Принять все меры на опережение саудовских спецслужб».
Ночь была неспокойной, несмотря на царские условия. Я долго не мог заснуть, ощущая себя потерявшимся на гигантской кровати. Несколько раз засыпал, просыпался почти сразу в тревожном ожидании надвигающейся беды. Но было тихо. Выйдя попить, я подошел к окну: ночная жизнь арабских городов сосредоточена на набережных и в крупных отелях, но сейчас было тихо. Редкие машины проносились по улице, можно было увидеть пару припозднившихся пешеходов.
