Или артефакт, оживляющий механизмы. Некая Искра, тот самый переломный момент, преодолев который, начинают двигаться стрелки часов. Или вершится магия.
Сёстры пробыли в музее дольше, чем планировала Алеста. И даже дольше, чем предполагала Бернис. А после музея быстренько забежали в ресторан неподалеку, поскольку, со слов Бернис, студент во время экзаменов очень часто забывает о том, что ему следует не только время от времени отдыхать, но ещё и полноценно питаться. Так что, как бы не отнекивалась Алеста, ужин у неё все-таки получился плотным и насыщенным.
К тому времени, как пришла пора расходиться по домам, снег, кажется, стал чуть сильнее. Мало чего хорошего было в этом наблюдении: чем больше снега выпадет на дороги за грядущие два дня, тем более выматывающим и непростым будет путь в одно интересное местечко…
Прежде чем направиться в сторону общежития, Алеста взглянула на Бернис и предложила:
— На выходных мы с Кеем поедем в Плуинг. Не желаешь отправиться с нами?
— Ох, знаешь…
Мысленно Алеста приготовила нанизывать на леску новую бусину: оправдание Бернис насчет того, почему она не может отправиться в Плуинг в какой-либо определенный день. В коллекции Алесты таких оправданий было уже достаточно: занята в школе; занята на исследованиях; нужно помочь отцу; попросил о помощи Гленн; договорилась о встрече; болит голова; нужно многое успеть закончить.
Однако в этот раз Бернис сказала лишь только:
— Давай я присоединюсь к вам сразу после Перерождения. Пускай это будет нашей зимней традицией.
Последний раз Бернис была в Плуинге в конце лета — помогала Алесте со сборами в университет.
Алеста провожала спину Бернис взглядом дольше, чем требовалось. Но не испытывала по отношению к сестре ничего, кроме понимания. Бернис тяжело было вписываться в семью Эндерсонов, пускай всё и относились к ней с теплом. Так же, как и Алеста не то чтобы не хотела, а даже не пыталась стать частью семьи Меллиганов.
У каждой из них осталась своя семья.
Быть может, если бы Алеста и Бернис встретились немного раньше… Лет хотя бы десять назад, то всё сложилось бы иначе. Но что уж теперь жалеть? Главное, что они преодолели все испытания, подброшенные жизнью. И обрели друг друга.
…Два оставшихся до выходных дня пролетели незаметно.
А точнее даже будет сказать, пронеслись чересчур стремительно, так что их категорически не хватило. В ночь с пятницы на субботу Алеста сидела за учебой до последнего — то есть до самого утра, так и не притронувшись к кровати. И на встречу с Кеем пришла, нагруженная учебными материалами. И парочкой синих мешков, устроившихся прямиком под глазами.
Каждая встреча с Кеем начиналась одинаково.
Он смотрел на неё взглядом тёплым, как огонь в камине. Потом осторожно обнимал за плечи и шептал прямо в рыжие волосы:
— Здравствуй, Лесс.
А она отводила голову назад, смотрела в его глаза и улыбалась. И следом Кей обязательно спрашивал что-нибудь такое, что в данный момент казалось ему наиболее важным.
В этот раз Кей спросил, как продвигается учеба.
И Алеста ответила, что отлично. А потом поделилась планами на два ближайших дня: готовиться к экзамену по дороге в Плуинг, посвятить подготовке ночь в родном доме и на обратном пути продолжить эти мучения. И тогда Кей поинтересовался, не мистер ли Меллиган, случаем, будет принимать этот экзамен. А Алеста ответила, что нет, и скорее даже к счастью.
Разговор продолжался недолго: несколько мгновений.
Но за это время Алеста успела слегка утолить тактильный холод: сжала пальцы Кея, поправила волосы, поцеловала в щеку, колкую от щетины, и собственной щекой потёрлась о плечо. Когда Кей находился рядом, его неумолимо хотелось касаться. Не отпускать ни на секунду.
Свадьба должна была свершиться совсем скоро. В первый день грядущей весны. Её и без того отложили на непозволительный срок — чтобы успеть решить всё то, что требовало решения.
Дома к Кею относились приветливо.
И даже те, кто изначально отнёсся скептично.
Радовались его появлению всё — иной раз Алесте казалось, что Кею они рады даже больше, чем собственной дочери, сестре, племяннице и внучке. Но особую любовь к Кею питала, конечно же, бабушка. Не стеснялась припоминать, что, мол, это именно она отнеслась к Кею со всем радушием ещё во время их первой встречи, когда он был не женихом Алесты, а всего лишь следователем. И что на первой же встрече разглядела в нём потенциал и, можно сказать, предсказала, что теперь этого молодого человека ей придётся видеть часто.
Единственным, чье сердце оставалось к Кею равнодушным, был Принц Краснопёрых.
Он, вполне возможно, считал себя единственным достойным спутником Алесты. В самом деле, такой изящностью, статностью, гордостью и оригинальностью, какими обладал Принц Краснопёрых, вряд ли мог похвастаться ещё хотя бы один обитатель этого огромного мира. Принц Краснопёрых имел лишь один недостаток — он был котом. Но сам Принц принимал его, скорее, за особенность, и даже приятную.
В этот раз всё было как всегда.
Так что уже становилось доброй традицией.