Чувства вскипели, как на раскаленной сковородке. Чтобы успокоиться, я закрыла глаза и медленно сосчитала до десяти.
А когда открыла, то увидела, что Красная шапочка большими скачками догоняет уже взошедшую на эскалатор пару Кира-Сеня. Так он, получается, с ними? Или нет? Непонятно…
По дороге Леха чуть не сшиб Танюсика, на бегу обернулся и извинился – и не узнал ее! Действительно, ценный капюшон!
А моей соперницы нигде не было видно… Но медлить было нельзя. Я натянула новую шапку чуть ли не до подбородка и ринулась вслед за своей ускользающей любовью.
Добежав до Танюсика, я подхватила ее под руку и сообщила в капюшон:
– Ну вот мы и снова вместе!
Когда мы вышли из метро, уже совсем стемнело. Загорелись фонари. Пошел дождь.
Мы шли под руку по ночному городу, стараясь не упустить наших преследуемых из виду и не наступить в лужу. Однако совместить эти два дела было довольно трудно – можно было смотреть либо под ноги, либо вперед, что-нибудь одно, и как-то так вышло, что мы обе выбрали второе, и обе одновременно споткнулись об одну и ту же незамеченную нами в темноте доску.
Результат тоже был одинаковым – мы обе приземлились в одну и ту же лужу.
– Обожаю падать! – прошипела Танюсик, вскакивая и отряхиваясь. – Особенно в новых местах и в новых куртках!
– А так же в новых шапках и новых ботинках, – поддакнула я и в очередной раз порадовалась, что мои «Тимберленды» не замшевые, а кожаные.
– Я так надеялась, что с нами больше ничего экстремального не произойдет! – захныкала Танюсик – она намекала на наши недавние приключения во время полета из Сингапура. – Так рассчитывала на спокойную мирную жизнь! Мы же все-таки не в самолете, а на земле. И нельзя же, чтобы с людьми бесконечно что-нибудь случалось!
– Это смотря с какими людьми, – скептически заметила я. – Некоторые, наоборот, настоящие ходячие катастрофы.
– Лучше молчи, – огрызнулась Танюсик, и мы двинулись дальше.
В мокрой одежде было холодно и противно, поэтому мы почти бежали. И чуть не пробежали то место, куда завернули объекты нашего наблюдения.
Это была промзона, и рядом не горел ни один фонарь. Хорошо, что мы вовремя спохватились и затормозили – еще бы мгновение, и мы бы не увидели мелькнувшей за забором в глубине территории полоски света.
Свет шел с верхних этажей темного здания – где-то именно там исчезла преследуемая нами троица.
Да, их пока что было трое, и от этого на сердце становилось все теплее – его подогревала проснувшаяся надежда, и она же придала мне невиданной прыти, когда я ворвалась на проходную.
Около вертушки нас остановил суровый голос охранника.
– Стоп! Вы куда?
– Мы? – растерялись мы с Танюсиком, а потом подруга жалобно улыбнулась и взмолилась:
– Пропустите, пожалуйста, мы очень торопимся!
– На тренировку? – понимающе кивнул охранник. – Первый раз? Проходите, вам вон туда, вверх по лестнице.
Вертушка крутанулась, и мы стремглав бросились в указанном направлении.
Через несколько секунд, перебежав через двор, мы стояли перед глухой стеной и гадали, куда могли исчезнуть наши неверные приятели. Стена уходила вверх, к самому небу, и на ней не было ни единого окна. Зато вдоль всей поверхности поднимались пролеты ржавой металлической лестницы. Неужели охранник говорил про нее?!
– Опять лестница! – с суеверным страхом прошептала Танюсик, пятясь назад. – Я больше не могу! Не хочу! Я скоро стану профессиональным испытателем ржавых лестниц!
– Но это совсем другая лестница! – принялась уговаривать я. – Не пожарная, а самая обычная. С нормальными ступеньками и перилами. И начинается от земли, так что никаких стульев, веревок и карабинов больше не понадобится.
– Ну… ладно, – согласилась наконец Танюсик и, вцепившись в перила, неуверенными шагами начала подъем.
Эта лестница была, конечно, получше, чем вчерашняя – если не считать предательского скрипа неустойчивых ржавых ступенек и явной ненадежности шатких перил. К тому же, чем выше мы поднимались, тем сильнее становился ветер, он свистел, завывал, бил дождем, рвал куртки, расшатывал сомнительную конструкцию и грозил снести ее прямо под нашими ногами.
Зато на последней площадке нас ждала заслуженная награда – маленькая железная дверь в стене.
Дверь открылась вовнутрь и поддалась неожиданно легко, без скрипа и скрежета. Ввалившись в помещение, мы очутились в чистой и светлой маленькой комнатке, где за столом сидел симпатичный светловолосый парень лет семнадцати.
– На тренировку? – как и охранник, деловито спросил он.
– Д-да, – ответили мы, начиная подозревать что-то неладное.
– Тогда вам вниз, на первый этаж, вторая дверь направо, – объяснил парень. – Как переоденетесь, проходите в зал. Там, правда, свет отключили, но у нас есть аварийный.
– Ой! И здесь нет света! – ойкнула за моей спиной Танюсик. – Пошли отсюда, быстрее!
– А сколько это стоит? – с робкой надеждой поинтересовалась я – наши кошельки были почти пустыми, и если тренировки тут дорогие, у нас будет законный повод ретироваться.
