Точно подменили! Всегда бы так легко было с ней. Хочется смеяться и плакать. Такие перемены и за один день. Да еще и к лучшему. По замку можно гулять хоть до утра. Я ей сейчас многое покажу, если не буду так засматриваться. Какая походка! Прямо королева грациозности. Ступает по коврам мягко, как кошечка. Самому рядом мурлыкать хочется. Смотрит по сторонам, чем-то восхищается, весело щебечет. Наверное, решила мне помочь с разговорной речью. Я даже не вникаю о чем. Просто завороженно слушаю, и слушаю, и слушаю. А отвечаю, кажется, невпопад. Но она же смеется. Боже, она сводит меня сума! Никогда такого состояния со мной не было. Смотрел бы на нее и смотрел, слушал бы и слушал. Что угодно, лишь бы была со мной. Внезапно пришло осознание, что тревога, не покидавшая меня весь день, да и сейчас засевшая глубоко внутри, была именно из-за нее. Я очень остро почувствовал, что мог и до сих пор могу ее потерять. Навсегда. Даже этой встречи могло не состояться. От этой мысли защемило в груди. Тут же захотелось сотворить все что в моих силах, лишь бы защитить и удержать ее рядом с собой. Только бы всегда слышать ее смех. Сейчас, кажется, я сделаю предложение, от которого, по здравому уму, невозможно отказаться. Тем более мы находимся в тронном зале. Как знаменательно! Я приостановился, посмотрел на нее, вновь убеждаясь в правильности своего внезапного озарения:
— Ринуаль-Эстель де Гресс, будьте моей женой.
Она медленно подняла глаза, полные нежности. Что, не ожидала? Улыбаясь, подошла совсем близко. Не боясь, заглянула в глаза. Наверное, хотела поцеловать, но приостановилась. Напрасно. Я не мог проигнорировать такой правильный порыв. Поцеловал ее сам. И в тот же миг платье упало мне под ноги, пошевелилось и произнесло:
— Ква-а.
Наверное, это мне ответ. Может, даже, своеобразное: «Да».
Такого состояния бешеной ярости я тоже никогда ни испытывал! Так обращаться со мной никому не позволительно, даже Ринуаль-Эстель. Тем более ей! Когда я мельком увидел себя в зеркале, сам отшатнулся. Демонический облик. Хорошо хоть не боевая трансформация, а то я бы тут камня на камне не оставил. Планетку от меня спасать бы пришлось. Довела, стерва. И Эрса рядом нет, чтоб подуспокоил. Но ему же жаб еще точно пока не приходилось целовать. Хотя, уже скоро. Ей-богу, это ее подружка-генетик такое учудить надоумила. Все, хватит. Нужно угомониться.
«— Графиня тебе отказала? — Прорвался насмешливый голос Эрслада.
Я что, вызвал его по мыслесвязи? Или ему как-то передалось мое внезапное безумие?
— Наоборот, согласилась! — Рявкнул я.
— Может, расскажешь?
— Может расскажу. Потом».
И жестко отсек контакт, закрывшись наглухо. Швырнул что-то куда-то и даже попал. Во всяком случае, звон стоял приличный. Видеть никого не хочу! Никого…кроме. Да!!! Ее я очень хотел. И видеть, и слышать, и подержать в руках. Я даже, кажется, знаю, что с ней сделаю. Есть идейка. Будет ей тоже весьма запоминающийся поцелуй с очень оригинальными последствиями. В памяти отложится не меньше, чем в моей свидание с жабой. Но не сейчас, чуть попозже. Месть подают холодной.
Ночь прошла дурно, но наутро заметно попустило. Может, потому что поэтапно продумал ответный ход. Эрслад, как чувствовал, зашел ни свет, ни заря с вином и стаканами.
— Только не вино. — Усмехнулся я, доставая ром.
Сначала пили молча. А потом я все рассказал. Не жалея себя. В подробностях. Господи! Какого монстра мне послано в друзья! Он ржал, не стесняясь. Правда, опомнившись, спросил:
— Она хоть жива?
— Кто? — Не понял я.
— Кто-кто. Жаба. Все же Первая жена в гареме.
— Жива… — Попытался сердитым тоном образумить его я. — Но боюсь, она все же ответила мне: «Нет».
— А ты переспроси. — Опять громко заржал он и возжелал добавить еще что-то, но стало не до того. Нужно было срочно уворачиваться от подзатыльников. Весело ему. Но тут и мне стало почему-то смешно и еще немного отпустило.
— Ты уже придумал план «страшной мести»? — Снова наполнил стаканы кузен.
От ночных замыслов губы сами медленно растянулись хищной ухмылочкой:
— Конечно, дорогой. Она запомнит то, что потеряла.
— И?
— «Печать демона». Она же первая начала с поцелуев.
— Жестоко. Не хотел бы я попасть под пресс такого жесткого Воздействия.
— Ну, можно и не такое жесткое. Это вы, недоучки в психокоррекции, не можете толком силу Влияния регулировать.
— Каждому свое. — Не растерялся Эрс, снова наливая. — Зато ты в пространственной многометрии ноль с минусом.
— А ты, по-прежнему, двойка с плюсом? Кстати, о твоем учителе. Он тебя что, отпустил или ты решил и не спрашивать?
— Не то что бы отпустил… Но Нир меня «прикрывает». Там пока мой фантом не хуже меня работает.
— Фантом, говоришь? — Улыбнулся я неожиданному совпадению. — Тогда ты быстрей поймешь систему моего замысла. Я весьма своеобразно модифицировал Влияние «демонического поцелуя».
— Как можно модифицировать безумную любовь и обожание после «Печати демона»? — Удивился он. — Ослабить, конечно, можно. Но все равно она будет бегать за тобой, как собачонка. Оно тебе надо?
