– Выдры! Лоси! Черепахи! Вычищайте пруды, делайте их как можно глубже!
– Медведи! Сурки! Хорьки! Барсуки! Зайцы! Я отметила места, где нужно выкопать ямы. Они должны быть глубокими!
Запруды превратили узкие ручейки в широкие заводи. Выкопанные каналы отвели речную воду в глубокие ямы. Старые озёра и пруды были расчищены и углублены. За несколько дней на острове появились десятки водохранилищ. Поначалу они стояли пустыми, но вот наконец пошли дожди. Вода потекла по каналам и понемногу заполнила ямы. Теперь у зверей и птиц накопился запас питьевой воды, и жизнь на острове стала чуточку легче. Вот какие чудеса может совершить армия животных!
Но Роз по-прежнему волновалась. Приближалось лето, и дни становились всё жарче и длиннее. В сильный зной вода быстро испаряется. Роз понимала: пока ядовитая волна не уйдёт, а жизнь на острове не вернётся в обычное русло, запасы питьевой воды всё время будут под угрозой.
Молния ударила в дерево. Вокруг разлетелись искры – и сухая трава немедленно загорелась. Ядовитая волна погубила все растения на берегу, и они стали прекрасным топливом для лесного пожара. Если бы сразу пошёл дождь, огонь мог бы потухнуть. Но дождь всё не начинался.
Когда прибежала Роз, пламя уже встало ревущей стеной. Роз помчалась к одной из новых запруд и принялась её разбирать. Во все стороны полетели ветки, камни и комья глины. Вскоре запруда развалилась – и вода потекла в сторону пламени. От земли повалили клубы пара, но, когда он развеялся, огонь всё ещё горел.
Пожар быстро охватил всё побережье. Языки пламени расползались по сухим лугам и карабкались вверх по стволам деревьев. Звери и птицы, которые бежали в середину острова от ядовитой волны, теперь кинулись назад и увидели, как горят их дома. Раздались горестные крики. Родные обнимали друг друга. Собралась толпа, и Роз велела всем идти на Большой луг. Оттуда звери и птицы в ужасе наблюдали, как стена пламени окружает остров.
Столбы дыма поднимались до самых туч.
Искры разлетались по ветру.
Всюду проникал едкий запах горящей травы.
Наконец пошёл дождь – но слабый, моросящий. Пожар затухал долго и медленно. Через несколько часов худшее было позади, но пепелище дымилось ещё много дней.
– Вам надо улетать отсюда, – сказал он. – Все видели, что натворило ядовитое течение. С каждым днём жизнь становится только хуже. Поищите себе другое, безопасное место.
Гуси начали переглядываться, не зная, что сказать. Тогда заговорила старая гусыня Мягкое Крыло:
– А как же ты сам? Ты-то, похоже, никуда не летишь?
– Моя мать и друзья не смогут покинуть остров, – сказал Красноклювик. – Так что я останусь и буду помогать, чем смогу. Но всем остальным лучше улететь.
Блёстка повернулась к мужу:
– Милый, ты же знаешь: я никогда не брошу тебя и Роз. Если ты остаёшься, останусь и я.
– Я тоже! – сказала Мягкое Крыло и вперевалочку пошла к молодой паре. Вскоре почти вся стая сбилась вокруг вожака, не желая с ним расставаться.
Лишь пятеро гусей остались в сторонке и начали перешёптываться. Наконец от их кружка отделилась гусыня по имени Тонкое Перо и заявила:
– Никто из нас не может справиться с ядовитым течением. Мы считаем, что Красноклювик прав. Надо улетать.
Две части стаи поглядели друг на друга. Много-много лет в ненастье и в тяжёлых перелётах стая была едина. Менялись поколения, менялись времена, но птицы всегда держались вместе. До этого дня.
– Куда полетите? – спросил Красноклювик.
– Через океан, к материку, – сказала Тонкое Перо. – Найдём там озеро или реку, где можно поселиться.
– Удачи и попутного ветра, – сказал Красноклювик.
Тонкое Перо тяжело вздохнула, а затем расправила крылья и повела в небо свою маленькую стаю.
– Мне так жаль, но я должна лететь! – кричала она с высоты. – Ядовитое течение – это ужасно! Ах, если бы я могла вас всех забрать с собой! Простите, простите!
Лишь самые стойкие птицы решили остаться на острове. В их числе был Красноклювик со своей маленькой стаей, филин Хлоп и ещё кое-кто. Все прочие улетели, и никто не знал, смогут ли они вернуться.
