— Скажите мне, а что вы думаете об этой карте?
Женщина молчала, не испытывая особого желания высказывать свое мнение перед столь уверенно чувствующим в своей области специалистом. Потом она, нахмурив брови, произнесла:
— По-моему, все во многом так, как вы описывали, и обстоит на самом деле. Они создали собственную пространственную систему, и все, что нам нужно, это отыскать ключ к ней.
Оно закончила более уверенно:
— Как мне кажется, наша самая главная проблема — выбрать направление, куда двигаться, чтобы осмотреть окрестности найденного нами метеоспутника. Если мы ошибемся, то это приведет к досадной задержке. К тому же остается еще главная помеха для быстрого перемещения в этом районе — вероятность нарваться на какую-нибудь бурю.
Первый капитан вопросительно посмотрела на метеоролога. И увидела, что он печально трясет головой.
— Боюсь, что все не так просто, — сказал он. — Эти яркие точки, изображающие солнечные светила, выглядят величиной с горошину из-за аберрации света, но при внимательном рассмотрении через метроскоп видно, что в диаметре они составляют только несколько молекул. Если такова их пропорция относительно солнц, то они представляют…
Первый капитан не раз бывала в самых различных критических ситуациях, благодаря чему научилась скрывать свои чувства от подчиненных. Вот и сейчас она стояла, внутренне ошеломленная, но внешне сохраняющая холодный задумчивый вид, являя собой само спокойствие. Наконец она произнесла:
— Вы имеете в виду, что каждое из этих солнц — их солнц — затеряно среди тысяч других звезд?
— Хуже, — ответил он. — Я бы сказал, что у них одна населенная система на десять тысяч звезд. Нам никогда нельзя забывать, что Большое Магелланово Облако состоит из пятидесяти миллионов звезд. А это огромное число.
В конце старик спокойно добавил:
— Если желаете, я рассчитаю траектории полета ко всем ближайшим звездам, предусматривающие максимальные скорости корабля в десять световых дней в минуту. Возможно, нам повезет.
Женщина резко покачала головой.
— Одна система на десять тысяч. Не будьте идиотом! Так вышло, что я знаю законы вероятностей, которые применимы и к данному случаю. Итак, мы имеем один к десяти тысячам. Значит, в лучшем случае нам придется посетить двадцать пять тысяч звезд, если же не повезет — то от тридцати пяти до пятидесяти тысяч.
— Нет-нет, — ее прелестные губы сжались в хмурой улыбке, — мы не собираемся тратить пять сотен лет на поиски иголки в стоге сена. Я больше доверяю психологии, чем удаче. У нас есть пленник, который разбирается в этой карте, и нужно лишь немного подождать, прежде чем он в конце концов расколется.
Она направилась было к выходу, но внезапно остановилась.
— А как насчет самого здания? — спросила она. — Говорит ли вам о чем-нибудь его конструкция?
Он кивнул.
— Старого типа, использовалась в Галактике пятнадцать тысяч лет назад.
— Никаких улучшений, изменений?
— Никаких, насколько я могу судить. Один наблюдатель, который и делает всю работу на метеостанции. Просто и примитивно.
Первый капитан несколько секунд простояла в задумчивости, покачивая головой, словно пытаясь прояснить голову от какого-то тумана.
— Это кажется удивительным. Ведь, несомненно, за пятнадцать тысяч лет они могли бы добавить что-нибудь свое. Правда, колонии обычно консервативны, но не до такой же степени!
Следующие три часа она занималась изучением обычных докладов, когда раздались сигналы астровизора. Пришли два сообщения.
Первое — из Центра психологии. В нем был всего один вопрос:
— Разрешено ли нам «вскрыть» разум пленника?
— Нет! — послала ответ первый капитан Лорр.
Прочитав второе послание, она бросила взгляд на табло орбит. Оно было испещрено орбитальными символами. Этот упрямый старик не подчинился ее приказу и стал рассчитывать курсы движения корабля.
Усмехнувшись, она прошла к табло и принялась изучать сверкающие линии, а потом отправила приказ в Отделение главных двигателей. Вскоре она наблюдала за тем, как ее огромный звездолет погружается в темноту ночи.
«В конце концов, — подумала она, — ведь можно одновременно гнаться за двумя зайцами. Контрапункт — это не только в музыке; еще раньше он появился в человеческих отношениях».
Первый день она рассматривала внешнюю планету, вращавшуюся вокруг светло-голубого солнца. Планета медленно плыла в темноте под кораблем — лишенная воздуха масса, состоящая из камня и металла, унылая и внушающая страх, как и любой метеорит, мир первозданных каньонов и гор, где никогда не было ничего живого.
S-лучи показывали на экранах только одни бесконечные скалы, никаких признаков движения ни в настоящем, ни в прошлом.
Было еще три других планеты, одна из них — теплый зеленеющий мир, где ветер колыхал девственные леса, а по долинам бродили стада животных.
Но не было ни жилых строений, ни самого человека.
С хмурым видом женщина-капитан произнесла по внутренней связи:
— На какую глубину S-лучи могут проникнуть в почву планеты?
— На сто футов.
— А существуют ли какие-либо металлы, способные имитировать сто футов грунта?
— Да, несколько, благородная леди.
