В середине апреля вернулась остальная часть отряда, искоренявшая пиратство в Юго-Западном море. Когда наша эскадра вышла с Чемеса и отправилась в сторону пиратских островов, называвшихся Адскими, в ее составе было четыре пушечных корабля, переделанных из огромных транспортников. Собственно, они и оставались транспортниками, но в верхней части трюмов корабелы соорудили пушечные палубы, где с каждого борта поставили по 25 пушек. А так эти корабли оставались большими и неповоротливыми четырех-мачтовыми плавучими сундуками, да не обидятся на меня моряки. Кроме четырех пушечников в эскадре имелись еще три таких же корабля, которые пока еще не успели переделать в военно-транспортные. Они просто выполняли функцию десантных посудин, перевозя большое количество новоиспеченной морской пехоты. Ну и в дополнение к этим неповоротливым баржам в состав эскадры вошли несколько быстроходных боевых парусников классического типа, чьей задачей стал перехват тех пиратских кораблей, которые могли бы попытаться удрать от нашего флота или же улизнуть с островов во время их штурма.
Тактика по проведению морского сражения с пиратами была выбрана до ужаса примитивной. Все морские бои в этом мире сводились по своей сути к нападению пиратских кораблей на гражданские суда. Иногда происходили стычки пиратов с военными судами континентальных Королевств, которые пытались конвоировать торговые и пассажирские суда. Лишь изредка военные корабли пытались охотиться на пиратов. И всегда все сводилось к абордажу. Поэтому наши командиры решили просто подставиться под этот самый абордаж.
Для этого все семь транспортников построили в кильватерную колонну по одному, строго чередуя их по типу: первым шел пушечник, затем десантник, пушечник, десантник и т.д. Всем быстроходным кораблям полагалось отойти далеко в сторону и в сражении не принимать участия, ожидая своей задачи — погони за удирающими пиратами.
Пиратский флот насчитывал приблизительно полтора десятка кораблей самых разных типов. Наши командиры предположили, что пиратские корабли попытаются все сразу навалиться на нашу эскадру с обеих сторон. И когда они подойдут достаточно близко к пушечникам, те их расстреляют в упор из пушек, целясь в борта, а берки-арбалетчики на верхней палубе будут расстреливать абордажные команды. Тех же пиратов, что будут атаковать десантные корабли, встретят огнем мушкетеры на верхней палубе, выкашивая абордажные команды из ружей. Мушкетеров на десантных кораблях было достаточно, чтобы встать в три ряда по каждому борту и стрелять по очереди сменяя друг друга. При таком плотном огне вряд ли у пиратов на верхней палубе кто-то останется в состоянии махать железками к моменту контакта кораблей бортами.
Приблизительно так все и получилось. Наши корабли спокойно плыли со скоростью пешехода в направлении Адских островов. Пиратские корабли стали кружить вокруг плавучих сундуков практически от самого Чемеса. Сперва это были один-два парусника, которые то уходили, то приходили. Возможно, это оказывались разные корабли, сменяющие друг друга. По мере приближения к пиратской группе островов, разбойничьих кораблей заметно прибавилось. Они все ближе и ближе подплывали к баржам, рассматривая их вблизи. На пушечниках орудийные люки до поры до времени были закрыты, поэтому снаружи они особо не отличались от своих собратьев-десантников. Но верхние палубы на наших «линейных» кораблях оказались заполнены бойцами, делавшими пиратам оскорбительные жесты. Мушкетеры при этом свои ружья не торопились показывать.
Наконец, когда пиратские острова показались на горизонте, вся пиратская эскадра вышла против колонны кораблей полным составом. Всего их оказалось тринадцать, и они поделились пополам, чтобы одновременно провести абордаж плавучих сундуков с обеих сторон. Одному нашему не повезло — его пираты решили обидеть только одним кораблем, но зато самым крупным среди разбойничьих посудин.
И вот пиратские корабли выстроились в две свои кильватерные колонны по бокам от нашей, ну разве что не такие ровные, как наша образцовая линия, после чего начали сближаться с баржами. Когда расстояние между бортами составляло от семидесяти до ста метров, пушечники открыли орудийные люки. Сокращение дистанции между бортами вдвое стало условием для одновременного залпа сразу с двух бортов, чтобы качнувшийся от отдачи корабль не сбил прицел второму борту после залпа первого. Хотя такая махина, как эти транспортники, не особо-то и должна была качаться, но наши командиры решили подстраховаться и тренировали своих артиллеристов именно на одновременный залп с двух бортов.
