Мне еще не приходилось дважды использовать монолит Силы практически без перерыва, поэтому исходящий от камня жар застал меня врасплох. Когда мы вновь оказались на взморье, соленая вода попала мне в нос. Я встал, держа голову Дьютифула над поверхностью. Вода вокруг монолита бурлила от жара. Принц оказался прав. Пока я держал его вялое тело в руках и обтирал лицо, послышались удивленные восклицания. На берегу собралось уже четверо отвратительных тварей. Увидев нас, они разом бросились в волны.
И опять у меня не было времени на размышления. Мальчик так и не пришел в себя. Я прижал его к груди и рискнул защитными стенами Силы, чтобы удержать его разум. Когда накатившая волна заставила меня упасть на колени, я прижал ладонь к раскаленной поверхности монолита. Сила подхватила меня.
На сей раз переход получился невыносимым. Клянусь, я ощутил необычный аромат, странно знакомый и отталкивающий.
Я обволакивал его рвущиеся мысли своими и называл его всеми именами, которые мне удавалось придумать.
Потом наступил момент, когда он потянулся мне навстречу.
Больше я ничего не услышал, но с этих пор он старался сохранить себя и прижимался ко мне. К тому времени, когда нас наконец выбросило на зеленую траву под хмурым небом, я сильно сомневался, удалось ли принцу сохранить разум.
Курган примостился на склоне горы, прямо над нами. Шел назойливый мелкий дождь. По высокой траве струилась вода. Я вдруг почувствовал, что у меня больше нет сил стоять, не говоря уже о том, чтобы поддерживать принца. У меня подкосились ноги, и я опустился на колени на влажную землю, а рядом посадил Дьютифула. Его широко раскрытые глаза смотрели в пустоту. Лишь хриплое дыхание выдавало, что он еще жив. Мы вернулись в Бакк, но наше положение стало лишь немногим лучше.
Мы оба насквозь промокли. Через некоторое время я ощутил необычный запах и понял, что колонна у нас за спиной излучает жар и с ее поверхности испаряется влага. Я решил, что лучше замерзнуть, чем приблизиться к ней. С безвольных пальцев принца по-прежнему свисала золотая цепочка. Я взял фигурку и засунул в свою сумку. Принц словно и не заметил.
– Дьютифул?
Я наклонился к нему и заглянул в глаза. Капли дождя падали ему на лицо, заливали открытые глаза. Я провел пальцем по его щеке.
– Принц Дьютифул? Ты меня слышишь?
Он медленно моргнул. Не слишком внятный отклик, но все лучше, чем никакого.
– Скоро тебе станет лучше. Отдохни немного.
Я ни в чем не был уверен, но оставил его сидеть на влажной траве, а сам взобрался на вершину кургана. Оглядевшись по сторонам, я нигде не увидел людей. Лишь голые холмы да отдельные рощицы. Стая скворцов взлетела в воздух, нашла какую-то пищу и устремилась к ней. За широким лугом начинался лес. Ничто не сулило угрозы, но еды, питья и убежища непогода нам не обещала. Я осознавал, что Дьютифула необходимо напоить, накормить и согреть. Но передо мной стояли и более неотложные задачи – узнать, живы ли мои друзья. А больше всего на свете мне хотелось связаться с моим волком. Еще немного – и я бы завыл, вложив в призыв всю свою тоску. Однако у меня хватило самообладания сдержаться. Обратившись к Ночному Волку, я бы немедленно дал знать нашим Одаренным врагам, что мы здесь.
