Эсквайр подняла обкатанную морем деревяшку вверх по стене их норы. Теперь вряд ли кто-то сможет её увидеть – чего, возможно, и добивался мистер Пеппер. Это было не самое красивое произведение искусства, когда-либо украшавшее логово Агентства спасения животных. Далеко не самое красивое. Но Когтишкин был их самым новеньким полевым агентом, и раз он прислал им подарок, значит, его нужно куда-то пристроить. Когтишкин жил на Северном полюсе, и если его послушать, это было самое скучное место на всём белом свете. Поэтому он начал мастерить из обломков, вынесенных на северные берега, и присылать им свои «произведения искусства». Последним подарком был мокрый конверт, в который были вложены три камешка и две палочки. «Надеюсь, вам понравится этот снеговик!» – говорилось в записке.
Деревяшка была теперь настолько высоко, что её почти не было видно в тени от потолка.
– Идеально! – провозгласил мистер Пеппер.
– Это очень мило с его стороны, – заметила Эсквайр, спускаясь по лестнице, а затем аккуратно сложила её и сунула под диван. – Хотя мне бы хотелось, чтобы Когтишкин лучше понимал наши вкусы.
– Этот кусок дерева можно назвать единственным нашим доходом от тех треклятых приключений на Северном полюсе, – проквохтал мистер Пеппер, после чего поправил клювом свой передник.
Эсквайр вытерла лапы о жилетку и, прикусив язык, смолчала. Она немного миндальничала с мистером Пеппером после их арктических злоключений. Тот едва не умер, промчавшись верхом на морже по ледяным волнам, и с тех пор у него обострился артрит. В чём мистер Пеппер, конечно же, не сознавался. Но Эсквайр знала.
Пускай у Агентства спасения животных были агенты по всему земному шару, готовые взяться за дело, едва в главный офис поступит сигнал бедствия, но без мистера Пеппера, улаживавшего все детали, оно не смогло бы работать. Эсквайр отлично это знала!
Он вернулся к своей ежедневной уборке книжных полок, выглядевшей следующим образом: петушок подлетал в воздух и обметал несколько квадратных дюймов[2], после чего опускался обратно на пол, а затем повторял всё с начала.
Эсквайр отошла на несколько шагов в своих мокасинах и посмотрела на деревяшку, постукивая коготком по кончику носа.
– Я тут подумала, а не устраивать ли нам время от времени смену экспозиции. Осьминог обещал прислать нам амфору, ты помнишь? И честно говоря, придумать не могу, куда нам уместить мою… ой, мамочки!
Высоко на стене норы была коробка с двумя лампочками. Они были подписаны «Входящий сигнал тревоги: зверь в беде» и «Чрезвычайно срочно». Загорелась первая.
Так. Ну, по крайней мере, на этот раз им предстоит не экстренная спасательная операция.
– Входящий вызов, мистер Пеппер, – сказала Эсквайр. – Надеюсь, ты успел наверстать всё, что хотел, в уборке пыли.
Она проскользнула в своё рабочее кресло и подёргала мышь, чтобы разбудить компьютер. На экране появилось окно-сообщение. Она прочла его и выскочила из кресла.
– Ох, мистер Пеппер! – воскликнула она. – Хорошие новости! Это вовсе не чрезвычайный вызов. Нас приглашают на вечеринку!
– Правда? – прокудахтал он. – Ну-ка дай посмотреть. Нас никогда не приглашают на вечеринки. Только на операции спасения.
– А то я не знаю! Но смотри – вот, всё ясно как белый день. – Эсквайр торжествующе постучала по экрану. – «Лисица Эсквайр, просим присоединиться к нам на Брюхоногие-Моллюски-Игуаны-Попугаи, месте предстоящего концерта Панголина Битла. Как можно скорее. СРОЧНО». Видишь? Багамы ждут, мистер Пеппер!
– Не стучи когтями по экрану. Он не предназначен для лисиц. А «срочно»? Какое приглашение на вечеринку заканчивают словом «срочно»?
– Потрясающее! – воскликнула Эсквайр, соединив лапы. – Вот как сильно они хотят нас видеть. Я обожаю музыку панголина Битла. Я и не думала, что он знает о нас – наша слава растёт. Нам надо собирать вещи!
– А на какое приглашение на вечеринку срабатывает световой сигнал бедствия в норе? – поинтересовался мистер Пеппер и так сильно запрокинул голову, что у него замотылялся хохолок.
– Это техническая неполадка, даже не сомневаюсь. Ох, мистер Пеппер, это неважно, потому что мы отправляемся на пляж. Там будут солнце и песок и никаких полярных ледяных шапок.
Мистер Пеппер вытянул когтистую лапу, пытаясь размять сведённые болью пальцы:
– «Отправиться в теплое место» звучит привлекательно.
– У меня есть купальный костюм, который я сделала из штанины гидрокостюма. Ты не помнишь, куда я его положила?
– В комоде во втором ящике сверху, – ответил мистер Пеппер. – Но в эту поездку ты не наденешь одежду. Ты забыла, как нас чуть не убили в Арктике из-за того твоего твидового пиджака?
Эсквайр уже рывком выдвинула ящик и зарылась внутрь. Перчатки, жилетки и крохотные шерстяные носочки летели во все стороны, пока она обдумывала слова своего друга.
– А может, всё дело в том, что тебе нечего надеть на пляж, мистер Пеппер?
– Противоестественно. Я не стану купаться. Куры не купаются.
– Но почему нет? Ты же купался в Арктике, а на этот раз вода будет куда теплее.
