Его звали Эндрю Вайола. До прошлого года он работал главным инструктором в Пекле, а до того был легендарным полевым агентом ЦРУ и участвовал в большинстве самых сложных и опасных миссий за последние четверть века. Вскоре ему исполнялось пятьдесят. Он оставался спортивным и подтянутым, только в волосах сквозила стальная седина, а лицо избороздили морщины. И шрамы от одной миссии, которая пошла не по плану.
Он повернулся к Аманде Маркс, которая наблюдала за всем процессом с выражением легкого отвращения.
– Не для слабых желудком или сердцем, – заметил он.
– И цель мне не совсем ясна. Мы действительно ожидаем, что они подпишут признание?
– У меня такой задачи нет. Мне велели это сделать, и я сделал. С остальным пусть разбираются юристы ЦРУ и руководство.
– Вообще-то ими поручено заниматься мне, – сказала она.
– Так и есть, Аманда. Я не наступаю тебе на пятки. Но я получил приказ. И, – он перевел взгляд на Роби и Рил, – в отличие от некоторых, я приказы исполняю.
– Тогда что дальше?
– Моя работа здесь закончена – до новых распоряжений. Может, я еще и увижу этих двоих прежде, чем они уедут.
– Они оба считают, что их привезли сюда, чтобы прикончить, – сказала Маркс.
– А ты думаешь, это невозможно? – поинтересовался Вайола, слегка удивленный. – Бывает, рекруты тут гибнут. Редко, но случается. Это не летний лагерь, Аманда.
– Мы говорим о разных вещах. Тут бывают
Он перебил ее:
– Постарайся в это не углубляться. Просто делай свою работу. Так будет лучше и для тебя, и для начальства.
– И тебе все равно?
Он искоса глянул на нее:
– Раньше, может, было не все равно.
– Что изменилось?
– На нас напали. Башни обрушились. Пентагон пострадал. Самолеты разбились. Американцы погибли. Теперь я стараюсь видеть мир исключительно черно-белым.
– Мир не черно-белый.
– Почему я и сказал, что
Маркс сделала шаг вперед и посмотрела на два бессознательных тела. Вспомнила свою встречу с Эваном Такером перед приездом сюда. Директор достаточно ясно выразился насчет того, какого исхода хочет. Внешне все выглядело убедительно и справедливо. Если они пройдут тесты, так тому и быть. Они получат новое задание. Проще некуда.
Но потом случилось это – поступил приказ на пытку водой под руководством Вайолы. Этот человек был лучшим в своем деле, Маркс это знала. Однако он отличался, скажем так, размахом, а его моральные ориентиры трудно было вообще назвать моральными. И это ее беспокоило.
Сюда явно приложил руку Эван Такер. Никто другой в агентстве не осмелился бы отдать подобный приказ. Значит, правила изменились. Такер использовал Пекло не только для того, чтобы проверить Роби и Рил и попытаться их сломать. Он хотел, чтобы они признались в действиях, которые могли повлечь за собой тюремное заключение. А ей сообщил только часть своего плана. И правильно, потому что Маркс отказалась бы.
Эта простая мысль внезапно ее потрясла. Она никогда раньше не отказывалась от исполнения прямого приказа. Такое вообще случалось крайне редко. Именно по этой причине Роби и Рил попали в нынешнюю ситуацию.
Она услышала, как Роби и Рил застонали, начиная приходить в себя.
Маркс повернулась к одному из своих людей:
– Отведите их обратно в комнату. Дайте выспаться. Я сообщу, когда начнутся следующие испытания.
Ее приказ исполнили немедленно. Она посмотрела вслед Роби и Рил, которых волокли в их комнату.
Роби проснулся первым. В комнате не было окон, и он понятия не имел, сколько сейчас времени. Часы у них отобрали сразу после приезда. Он медленно сел и потер раскалывающуюся голову. Перегнулся через край верхней койки и увидел Рил, спавшую на нижней.
Он с трудом сглотнул и поморщился, ощутив вкус вчерашней рвоты во рту.
– Мерзость, да?
Он снова глянул вниз и увидел, что Рил смотрит на него.
– Да уж, не то, что хочется повторить еще разок.
Он свесил ноги с края, спрыгнул на пол и присел на ее койку. Она поджала ноги, освобождая ему место.
– И зачем это все? – спросила она. – Не думали же они, что мы подпишем признания?
Роби глазами указал на подслушивающее устройство, но Рил потрясла головой:
– Мне плевать, если они услышат. – Она села и сказала громко: – Я не стану признаваться в этой херне!
Рил покосилась на Роби: он улыбался.
– Чего? – спросила она.
– Ничего. Мне просто нравится твой изысканный стиль.
Она уже собиралась ответить, но передумала и засмеялась.
Через секунду Роби присоединился к ней.
А потом оба замолчали, услышав приближающиеся шаги.
