Миссия в ад полностью

Когда Чун-Ча однажды плелась с площади после такого избиения, охранник у нее за спиной сказал кому-то: «Упертая маленькая сучка».

Чун-Ча с отсутствующим видом почесала шрамы на руках, где ее тыкали раскаленным клинком. Девочка, которая донесла на нее, через месяц умерла. Чун-Ча заманила ее в уединенное место, пообещав пригоршню кукурузы, и столкнула со скалы. Ее тело – точнее, то, что от него осталось, – нашли только зимой.

С того дня Чун-Ча, «упертая маленькая сучка», никогда не говорила правды.

Дверь открылась, и мужчина посмотрел на нее. Он тоже был в военной форме – генеральской. Чун-Ча они все казались на одно лицо. Невысокий, жилистый, с глазами-пуговицами и жесткими чертами. Все они могли быть охранниками в Йодоке. Может, и были.

Он знаком показал ей входить.

Она встала и прошла за ним в кабинет.

Он закрыл дверь и указал ей на стул. Чун-Ча села. Он опустился напротив за металлический стол, сложил ладони вместе и посмотрел на нее.

– Экстраординарно, донму Йе, – сказал мужчина.

Донму – это значит «товарищ». Она была его товарищем, но не на самом деле. Она не была ничьим товарищем. Опора на собственные силы. Она была товарищем самой себе, и это все. Да и он наверняка не хотел ее в свои товарищи.

Чун-Ча ничего не ответила. Вот это было экстраординарно. Ей нечего было добавить к своему заявлению. А в тюремном лагере ее научили, что лучше не сказать ничего, чем сказать нечто, за что тебя могут избить.

– Он уважаемый человек, – сказал генерал. – И мой хороший друг.

И снова она промолчала.

Но глаз не опустила – так и смотрела генералу в лицо. Обычно северокорейским мужчинам это не нравилось, особенно если на них пялилась женщина. Но Чун-Ча давно утратила способность бояться мужчин вроде этого. Над ней издевались физически и психологически всеми возможными способами. Никаких других просто не осталось. И у нее не было причин для страха.

Генерал взялся за мобильный телефон, который она забрала у Ллойда Карсона в Бухаресте. Когда она набрала на нем последний номер, ответил генерал Пак.

Генерал Пак был в стране очень уважаемым человеком. Входил в ближайший круг Высшего руководителя; многие говорили, что он – его самый доверенный советник.

Тем не менее она сразу узнала голос в трубке. Она слышала, как он говорит. Чун-Ча однажды встречалась с ним лично, много лет назад. Но ту встречу ей никогда не забыть. И это точно был его голос в телефоне.

Она снова доносила – Чун-Ча понимала это. Но такова была теперь ее работа. Британец Ллойд Карсон привлек внимание северокорейской службы безопасности. Его видели в обществе американских агентов. В Северной Корее было известно, что британцы объединили силы с США. Ее послали проследить за ним, обыскать его вещи и, если понадобится, убить его, пока он едет на поезде.

Что же, она проследила за ним, обыскала его вещи и убила его. А еще забрала телефон. Теперь у них было ее заявление и был генерал Пак – уважаемый человек. Хороший друг того, кто сидел напротив нее. Ситуация была деликатная, она знала. Потенциально смертельная для Чун-Ча.

– Номер телефона не отслеживается. Когда мы по нему позвонили, никто не ответил, – сказал генерал. – Поэтому у нас только ваше слово, донму Йе. Против слова уважаемого лидера. – Он отложил телефон и прищурился на нее.

Чун-Ча наконец решила заговорить, но слова выбирала очень тщательно:

– Я сообщила все, что знала. Все сказала вам. Больше мне предложить нечего.

– И вы точно не ошибаетесь насчет голоса, который слышали? Вы абсолютно уверены?

Чун-Ча знала, что он хочет услышать. Однако не собиралась этого говорить. Ему предстояло услышать кое-что другое.

Она залезла в карман и достала собственный телефон. Нажала несколько кнопок и подняла его повыше. Включила динамик.

Раздался голос, уверенно говоривший по-английски: «Алло. Мистер Карсон, это вы? Алло? Почему вы снова звоните? Что-то случилось?»

Генерал дернулся в своем кресле, уронив стакан с карандашами, стоявший на столе. Посмотрел сначала на телефон, а потом на Чун-Ча.

– Это голос генерала Пака.

Она кивнула:

– Да.

– Откуда это у вас?

– Записала, когда звонила по номеру в Северной Корее из Бухареста.

Он побарабанил пальцами по столу:

– Почему вы не показали этого раньше?

– Надеялась, что вы поверите слову агента, преданного Высшему руководителю.

Дверь открылась, и вошли двое мужчин. Они тоже были генералами. Чун-Ча уже начинало казаться, что в Северной Корее слишком много генералов.

Мужчины были младше по званию, чем тот, что сидел напротив нее за столом. Но такие вещи в их стране быстро менялись. Генералы приходили и уходили. Их казнили. Она уже побывала у этих двух, дала им послушать запись с телефона, а потом пришла сюда. Мужчины у нее за спиной были слишком трусливы, чтобы пойти против своего высокопоставленного товарища, поэтому послали ее вперед.

Мужчина за столом медленно поднялся и уставился на них:

– Какова причина вашего вторжения?

– Надо сообщить Высшему руководителю, – сказал один из двух.