Я сглотнула. Когда мне довелось увидеть раненных и убитых на кишанском корабле, то это проходило как бы мимо моего сознания. Но когда пострадавшим оказался близкий мне человек… Перед глазами вспыхнула картинка изувеченного гравикара… Я закрыла и вновь открыла глаза, шумно выдохнув. Нет, сейчас не время оплакивать потери. Нам нужно было немедленно выбираться. Неизвестно сколько именно продержится шаттл от затопления и насколько глубоко дно. Если мы не сможем выбраться… Бросив взгляд в сторону мутной воды, поежилась. Свариться заживо в кислоте это не самая приятная смерть.
— Сито, помоги привести в чувство Каюдзаву. Кто-то ещё выжил?
— Да, этот парень дышит и недавно был в сознании, но его зажало. — Дэрек кивнул в сторону второго пилота и снова поморщился.
Его лоб покрывала испарина, а зрачки расширились максимально. Телохранителю было сейчас очень больно и ему нужно было как можно быстрее ввести анестетик, чтобы предупредить шок. Отчего же я практически не чувствую боли, хотя дела у меня тоже обстоят не самым лучшим образом? Я покосилась в сторону прикрытого разодранным рукавом браслета. Он снова начал подозрительно поблескивать, почти сиять. Именно так было незадолго до того, как по дороге на Просперос у меня обновилась кожа. Чем теперь это мне могло грозить — непонятно. И это неведенье внушало мне глубинный ужас. Чтобы хоть как-то подавить все эти мысли, обратилась к пострадавшему военному:
— Эй вы там, живы? Что вам зажало и где именно? — Я попыталась дотянуться до сиденья второго пилота и мне это с горем-пополам удалось.
— Нога, мне зажало правую ногу. — Голос незнакомого мне военного раздавался вполне отчётливо. В нем не было слышно боли, и я сделала вывод, что его можно будет вытаскивать после того как окажем помощь самым тяжёлым.
— Ну же, приходи в себя, спящая красавица! — Геларт, недолго думая, отвесил шерифу несколько звонких оплеух. Но его не самое гуманное обращение с раненым все же возымело действие — Каюдзава застонал и пришел в себя. В его единственном глазу поначалу читалось недоумение. Но по мере узнавания ухмыляющегося, заросшего, смуглого лица Сита, его взгляд становился все более злым.
— За что?! — Взвыл мистер Геларт, схлопотавший не слабую затрещину, и теперь державшийся за ухо.
— За все хорошее. Чтоб я больше никогда не видел твою хитрую рожу после пробуждения. — Наоки кряхтя, поднялся, параллельно ощупывая пострадавшие ребра.
— Хватит вам грызться, сейчас не до разборок! Нужно выбираться с этой консервной банки. — Одернула я их, ковыляя на выход. Пора было доктору приниматься за свои обязанности.
После осмотра всех пострадавших, астурианец которого, как оказалось, звали Винсент Шейн, печально покачал головой.
— К сожалению, этот молодой человек не продержится и часа. Слишком тяжёлые ранения и потеря крови. — Сказал он, вколов максимальную порцию обезболивающего солдату, пригвожденному к стене. — Если бы у меня было нужное оборудование или мы находились бы неподалеку от клиники… А так… Все что я могу для него сделать с обнаруженной бортовой аптечкой — это облегчить его страдания.
Он тяжело вздохнул и удрученно замолчал.
— Да, с больничкой будет тяжело. — Привалился к переборке Сито. — Я тут побазарил с нашим последним пилотом и порылся в остатках навигационной системы, так что откровенно могу заявить — мы в полной ж…
— Только давай без выражений, ты же помнишь правила? — Закатил глаза уже получивший свою дозу анестетика Хаттери.
— Жутчайшей дыре. — В последний момент поправился Геларт. — Если я правильно разобрался, мы свалились прямиком на другое полушарие. До самой ближайшей базы — три дня пути. И это на гравикаре! К тому же, у меня есть ещё одна отменнейшая фишка этого места и вся она ваша! Готовы? Здесь ещё не закончился проклятый сезон дождей! Даже больше. Он тут только начался!!! — Сито возвел руки к небесам и под конец речи зарылся пальцами в шевелюру, ставя и без того топорщащиеся в разные стороны косички, дыбом.
— Ты умеешь отлично преподнести новости. — Мрачно взглянул на него Каюдзава, копаясь в карманах. Достав мятую сигаретную пачку, он собрался было закурить, но посмотрев на все ещё искрящуюся проводку передумал и запихнул сигарету обратно. — Еще добавь, что наше суденышко в этой луже продержится на плаву максимум несколько часов, после чего аварийные системы щитов окончательно отдадут концы и оно потонет.
— Что ж, тогда нам нужно взять столько защитных костюмов, сколько сможем, припасы и главное оружие, а также…
Моя речь была прервана резким:
— …а также рассказать, что именно, черти его дери, сейчас произошло?! Или решетка такое страшное место? Так открою вам секрет — там тоже не последние люди живут. И порой даже неплохо! — Вор практически кричал. Я впервые видела Сито настолько разозленным и раздосадованный. Хотя, возможно я просто мало его знала, но тем не менее его требование было справедливым. Остальные тоже вопросительно уставились на меня, а я… Что же я сейчас ощущала? Похоже это состояние называется «на грани истерики».
— Отца убили. — Превозмогая себя, скупо бросила в ответ.