Когда он достиг назначенной комнаты, он долго стоял, не отпуская меня. Вряд ли, он искал кровать. Вряд ли, он затупил и не знал, как меня положить… Я чувствовала его взгляд всем своим существом. Волосами, бровями, веками, губами и… грудью. Он укладывал меня на кровать так нежно и медленно, точно… точно я его грёбаная-малышка-стерва Даниэль. Уложив меня, он не торопился уходить. Он смотрел на меня, заставляя сердце ёкать, глохнуть, трястись в груди… И это тепло — мягкое и обволакивающее тепло начало сводить меня с ума, когда он наклонился к моим губам… И с каждой секундой, он был всё ближе, ближе, и ближе… Не всё потеряно!.. Чтобы убедиться, что это не сон, я резко распахнула глаза. Грей сглотнул, немного отстраняясь от меня.
— Что происходит? — хотела я выговорить ровно, высоко и эстетично.
Но хрип меня предал.
Теодор
— Ничего, — отвечаю я таким сиплым голосом, точно у меня грипп.
На губах Айрин проскальзывает улыбка, но она вновь хмурит красивые брови.
— Приехали, — прочистив горло, сообщаю я.
Мы выходим из комнаты вдвоём. Я следую за ней шаг в шаг, как на привязи. Меня тянет магнит внутри неё…
Я чувствовал, как горит её тело. Я так хотел поцеловать её!.. Но она очнулась раньше. Проклятье. Всё у нас с ней слишком сложно и слишком далеко от прекрасной сказки.
Внизу уже было весело и шумно.
— Почему так быстро? — попытался шутить пьяный Ян, стрельнув в меня глазами, — Теодорро, нынче, уже не тот?
Дана напряглась. И Айрин. И я тоже.
— Тупая и пьяная шутка, — плюнул я, — Не стоит говорить того, за что потом будет стыдно.
— Мне? Стыдно? Пф-ф, Грей, я тебя умоляю, — протянул Ян, играя бровями.
Я проигнорировал его, уместившись рядом с Даной и сцепив руки в замок. Макс приступил разливать алкоголь: дамам — вино, мужчинам — виски. Айрин села напротив, между Кеном и Эвой. Я наблюдал за лёгкой рукой Родригеса, разливающей пьянящую жидкость в бокалы. Когда очередь дошла до фужера Айрин, он встал со своего места, подошёл к ней со спины и нагнулся над её ухом.
Но, сука, я видел, куда смотрели все его глаза. Придурище.
Он что-то говорил ей, не торопясь наполнять бокал, Айрин было неловко, но она мило и сладко дарила ему улыбку и — свой особенный — глубокий, сияющий взгляд сапфировых глаз. Всё было как в замедленной съёмке, в очень плохом фильме.
Я не мог больше этого выдержать. Я думал, что поседею от ревности в эти мгновения. Наплевав на всё, на приличия, на Дану, на мнения, я резко выхватил бутылку из рук Макса и наполнил бокал Айрин.
— Грей, твою мать! — негодовал Макс, — Какого чёрта с тобой происходит?!..
Заткнись, сука.
— Ты знаешь, что льющую руку не меняют?! — спросил он.
— Вино бы закипело, пока ты наливал, друг, — сквозь зубы прошипел я.
За столом повисла неловкая тишина. Все смотрели на меня, как на инопланетянина. Бесит. Я опрокинул бокал виски, ни с кем не чокаясь. А потом, все выпили, соединив бокалы без меня.
Айрин скривилась, сделав глоток. Ян участливо произнёс:
— Что, крошка, не нравится вино?
Крошка. Так могу называть её только я… Мог называть.
— Я люблю малиновое, — произносит Айрин, — Виноградное… Нет, это уже давно не мой вкус.
— В кладовке есть малиновое — какого хочешь года, вплоть до сорок шестого, — выгибает брови Ян, — Только лежат на стеллаже, который… прям-таки высоко. Их там на выбор — до хера, — смачно тянет он, — Кто тут у нас высокий самый?.. Грей. Достанешь девушке винца? — выгнул он бровь.
— Конечно, — кивнул я, посмотрев Айрин прямо в глаза.
Она улыбнулась мне, судорожно сглотнув.
— Ты знаешь где у нас кладовка, — поднял брови Ян, потом перевёл взгляд на мисс Разлюбившую Виноградное Вино, — Айрин, иди с ним. Выбери любую, он достанет, — подмигнул он.
— Это обязательно? — спросила она, нервно косясь на Дану.
— Обязательно, — ответил я, — Я не собираюсь ходить по триста раз.
Айрин сжала губы и резко поднялась с места, погремев стулом.
Я бешу тебя, детка?Возможно, это всё и есть начало?..
— Веди, — бросает Айрин.
Я иду впереди неё в сторону погреба, а она следом. Мы входим в тёмную зону цокольного этажа и, к своей печали, я обнаруживаю, что забыл, где находится выключатель. Я примерно помню, как дойти… В детстве, играя в доме Флиннов в прятки, мы с Яном всегда там прятались. Иногда, мы позволяли себе такое баловство, как дегустацию вина.
— Здесь так темно, — почему-то шепчет она, — Ты поэтому застыл? Боишься призраков подвалов?
— Мисс Уизли, я пропускаю вас вместе с вашим остроязычным нравом вперёд, — шиплю я.
Айрин осторожно, медленно проходит мимо меня и задевает меня задницей. Сучка. Она и так возбуждает, а в темноте…
— Я нашла дверь, — говорит она.
— Открывай, там вторая Америка, Айрин Колумб. Кладовка в этом доме одна.
— Представь себе, но я в этом доме в первый раз.
— Хватит потрошить словарный запас, открывай.
— Хватит командовать. Вряд ли, Дана позволяет тебе помыкать собой. Так вот, я тоже придерживаюсь подобного, — язвит Уизли.
