— Я знаю о них только одно. — Хотите мое мнение? Получайте! — Они моральные уроды, бросившие ребенка на произвол судьбы. И я о них благополучно не знал много лет и впредь не желаю. Мне не нужны те, кто с легкостью может предать.
Я очень старался не рычать откровенно, но получалось плохо. Может, я раздолбай и мало меня чем по-настоящему зацепишь. Но вот эта — одна из опасных тем.
— Ронан, позвольте мне уточнить кое-что, — покивал, будто соглашаясь с моими словами, адвокат. — Все дело в том, что ваших биологических родителей давно нет в живых. Примите мои соболезнования.
— Мне не жаль тех, о ком я не знал, — все так же резко бросил я. Не хочу я сглаживать тут ничего. Не хочу и не буду. Когда тебе делают больно, надо отвечать тем же, а не сглатывать и корчить из себя всепрощение во плоти.
— И я в определенной мере разделяю ваши чувства, — заерзал на месте Шелдон. Небось чует тоже, что в полушаге от того, чтобы выбесить меня. — Но разрешите продолжить. Двадцать девять лет назад один молодой человек — такой же горячий и бескомпромиссный, как и вы — повздорил со своим отцом. Повздорил из-за серьезной проблемы — очень плохой компании, с которой мальчик из хорошей семьи связался в попытке доказать всем собственную самостоятельность. Увы, молодой человек ошибся, выбрав, скажем так, не совсем верную сторону баррикад. Компания была не просто плохая, а очень плохая: наркотики, оружие, в общем, криминал в чистом виде.
Черт, что-то мне все это окончательно не нравится. Еще и в груди так заныло адски.
— Разумеется, будучи совсем неопытным парнишкой, не разбиравшимся достаточно хорошо в людях в свои двадцать лет, Артур… Да, так звали вашего отца. Так вот Артур умудрился загреметь в тюрьму. Да не просто так, а по обвинению в преднамеренном убийстве.
Я невольно присвистнул. Преднамеренное убийство — это тебе не хулиганство или угон машины по пьяни, тянет так-то на приличный срок. Кое-где и на пожизненное.
— Увы, размолвка с отцом казалась ему настолько серьезной, что он и тогда не обратился за помощью. А потом стало слишком поздно. Артур погиб в первые же недели в глупой драке. — Я кремень и держал лицо как мог, но вот он, тот самый удар по печени. Выдохни и перетерпи. — Заключенный, с которым он сцепился в столовой, использовал кастет. Разумеется, они запрещены в местах заключения, но, сами понимаете, за деньги и в тюрьме можно многое купить. Удар пришелся в височную кость. Мгновенная смерть.
Ну… А что я скажу? Мир его праху. Сейчас для меня это всего лишь информация. Всего лишь. Да. Болит не поэтому. Совпало просто.
— Безутешному отцу выдали тело. Но никто не мог выдать воспоминания о последних месяцах вольной жизни Артура. А в те месяцы у него была подружка, некая Молли О'Брайен. Как говорили знавшие ее — весьма… своеобразная особа. Брилась налысо, обожала татуировки и пирсинг, жертвовала в фонд помощи ИРА, нелегальный, разумеется. Что уж их связывало с Артуром, какие общие интересы, никто так и не смог сказать. Но девушка, узнав о своей беременности уже после того, как Артур погиб, не прервала ее, а решила родить ребенка.
Так вот, значит, как зовут моих… нет, не родителей. Моих настоящих родителей зовут Линда и Джек. А это так… считай, живые пробирки. Биологический материал для Ронана Салливана, которого сделали человеком ма и па. И братья, понятное дело.
— Ребенка она родила. Но во время беременности, причем на поздних сроках, выяснилось, что Молли является носителем ВИЧ-инфекции. А вот ребенок родился совершенно здоровым. Так бывает. В общем, ее особо и не осуждали за решение оставить малыша в приюте в расчете на то, что с приемной семьей ему повезет больше, чем с матерью, которая не только может умереть сама в любой момент, но и подвергает риску здоровье и жизнь дитя. Молли не стало в тот же год. Беременность и роды окончательно подорвали ее здоровье.
Эм-м-м. Ну, счастливчик я, получается. Верно? И это… все выходит не так однозначно, как я научил себя думать. Но теперь-то уж что. Обратно ничего не отмотаешь.
— Самым печальным во всей этой истории, Ронан, было то, что о вашем существовании до недавнего времени не знал ваш дед, мистер Адам Райд. Основатель и владелец корпорации «Райд энд Лайт».
Так, значит, у меня есть дед? Ну, то есть не только бабуля и дедуля — родители ма Линды — но и родной по крови дед? И он просто не знал обо мне? Не бросил, как котенка бродячего, а просто не знал?
Есть? Или?..
— Мистер Райд жив, — понял мой невысказанный вопрос адвокат. — Не совсем здоров, увы, но он борется с довольно тяжелой болезнью с присущим ему упорством, коего хватило на то, чтобы создать стабильную и процветающую компанию — лидера в своей отрасли — практически с нуля собственными руками. И он страстно мечтает успеть обнять своего внука до того, как…
Шелдон несколько раз моргнул, будто ему в глаз попала стружка, и замялся.
