Мистер Январь полностью

— В следующий раз? Нам уже нужно поторапливаться.

— Приходите на ужин на следующей неделе.

— Звучит неплохо, — говорит Энди.

Я наблюдаю за происходящим с полным недоумением. Это тот самый мужчина, которого я хотела возненавидеть в течение трех лет, и та самая женщина, которая была рядом и подбадривала меня, чтобы я дала ему пинка. Теперь они снова лучшие друзья, как ни в чем не бывало.

Я машу ей через плечо, пока муж тащит меня обратно к машине, бормоча о том, что мы опаздываем и что на дороге хорошо бы поменьше пробок. Приостанавливаюсь возле машины, чтобы взглянуть на него, хотя знаю, что его наверняка разозлит то, что я тут копошусь.

— Принцесса? — спрашивает он.

Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его губы.

— Спасибо, — вздыхаю я.

Он убирает прядь волос с моего лица:

— Не за что. — Он снова прижимает свои губы к моим. — А теперь садись в машину, мы опаздываем.

Я нервно наблюдаю за тем, как татуировщик берет чистое бумажное полотенце и наносит на него какую-то жидкость, после чего вытирает кожу Энди.

Жужжание татуировочного пистолета навеяло на меня множество воспоминаний: всего через несколько месяцев после выкидыша я пришла в такое же место, как это, и попросила выгравировать на моей коже одно единственное слово.

В отличие от моего мужа, это единственная и неповторимая отметина на моей коже.

— Принцесса? — зовет он, отрывая меня от моих мыслей.

— А? — Я поднимаю на него глаза.

— Что скажешь?

У меня перехватывает дыхание, когда я читаю это слово на его левой грудине — прямо напротив сердца.

Нина.

Оно такое же, как и моё, но написано черными чернилами. Теперь наша малышка будет храниться не только в моей памяти, но и на обоих наших телах — двух телах, создавших ее жизнь.

— Это прекрасно, — шепчу я.

Он поворачивается, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Проводит пальцем по покрасневшему участку кожи, на котором запечатлен новый рисунок, знак любви и скорби.

Я наблюдаю за его выражением лица все то время, которое мне требуется, чтобы до него добраться. Он выглядит счастливым и грустным одновременно. Это чувство мне хорошо знакомо.

Обхватываю его сзади и прижимаюсь лицом к его спине:

— Я люблю тебя, — бормочу ему в спину.

Он поворачивается, и я отпускаю его, пока он не оказывается лицом ко мне, а затем снова обхватываю его руками.

— Когда-нибудь, если у нас появятся еще дети, их имена будут записаны здесь, рядом с именами их сестры.

Киваю, но ничего не говорю. Единственное, чего я хочу больше, чем того, чтобы у нас был еще один ребенок, — это он сам. Я только что вернула его и знаю, что должна наслаждаться этим, пока мы вдвоем. Мы оба молоды. У нас еще много времени на все остальное.

Наклоняюсь и целую его грудь и имя нашей дочери.

— Я люблю тебя, принцесса, — шепчет он.

Энди

Два месяца спустя

Я распахиваю дверь и бросаю ключи на стол:

— Кажется, я сделал что-то глупое, принцесса, — восклицаю я. — Что-то действительно чертовски глупое.

Она появляется в дверях, и мне приходится перевести дыхание. Я никогда, черт возьми, не признался бы в этом никому — даже ей, но я делаю это каждый вечер, когда возвращаюсь домой. Я так благодарен за то, что нахожусь здесь, с ней, получаю второй шанс, которого я определенно не заслуживаю, и эти чувства сильно бьют меня в грудь каждый раз, когда она входит в комнату.

— И тебе привет. — Она ухмыляется мне.

— Нет времени на формальности, принцесса, это очень важно.

— Мой день прошел хорошо, спасибо, а как прошел твой? — продолжает она свою маленькую игру.

— Господи Иисусе, да перестань ты уже, это очень важно!

Она не двигается ни на дюйм, просто стоит и смотрит на меня, насупив брови, — ждет, когда я уступлю ее нелепой просьбе, и я, как лопух, делаю все, как она хочет.

— Прекрасно, черт возьми, женщина! Как прошел твой день?

— Ммм… Все в порядке. — Она пожимает плечами. — Ничего особенного.

— Серьезно? — требую я. — Все эти театральные штучки ради «ничего особенного»?

Она сдерживает смех:

— Расскажи мне, какую глупость ты натворил на этот раз, — просит она.

— Ты можешь разозлиться, — предупреждаю я.

— Тебя арестовали из-за этого?

Я качаю головой и ухмыляюсь:

— Не в этот раз.

— Тогда я выживу.

— Я заходил на наше старое место…

Ее глаза загораются:

— Оу, как он выглядит?

— Хорошо, принцесса, это похоже на дом.

Она смотрит на меня с умилённым выражением на лице, как бывает, когда я говорю что-то, что она считает милым.

— Я его выкупил, — пролепетал я.

— Что ты сделал?

— Я сделал им предложение, и они его приняли. — Я поморщился.

Тогда это казалось хорошей идеей, а сейчас — не очень. Покупка дома — это то, о чем вы должны сначала спросить свою жену.

У нее отпадает челюсть:

— Ты выкупил наш старый дом?

— Я же говорил, что наделал глупостей. — Я пожимаю плечами.

Она замолкает на мгновение, а затем по ее лицу расплывается улыбка:

— Это был рискованный шаг, Энди… но он не глупый, он … он идеальный.

— Да? — с надеждой спрашиваю я.

— Мммм… — Она кивает, приближаясь ко мне.

— Спасибо, черт возьми, за это. — Я с облегчением провел рукой по волосам.