Контроль над Маленькой Италией проще всего было установить через Unione Siciliana. Проявив хитрость, он нанял владельца салуна Эдуарда Сиона и независимого бутлегера Авраама Гольдштейна по прозвищу Бамми (оба – опытные боевики), с которыми и вломился в штаб-квартиру Unione, где объявил себя преемником Анджело Джанна.
В планы Капоне не входило убирать Джанна ради выгоды Амматуны. Он освободил место президента сицилианского союза для Тони Ломбардо. Амматуна опередил, но Капоне не собирался это просто так оставить.
Осенью 1925 года Скализ и Ансельми предстали перед судом за убийство офицеров Олсона и Уолша. В июне Самутс выделил из фонда Союза $100 000, чтобы нанять адвокатов Майка Ахерна, Томаса Д. Нэша, и Патрика Дж. О’Доннелла, человека старой закалки, умеющего влиять на умы присяжных подсказками, в том числе и за стаканчиком спиртного.
Обвинение, выдвинутое прокурором штата Кроу, казалось, не должно иметь каких-либо сложностей. Защита не оспаривала участия Скализа и Ансельми в перестрелке, но это было не убийство (в худшем случае – непредумышленное убийство), а самооборона. Как писал один журналист за три месяца до суда, даже полиция признала: эта пара «ни на минуту не сомневалась, что сражается не с полицейскими; они думали, что подверглись нападению банды Дина О’Бэниона». Действительно, детективы находились в машине самого гангстерского типа, без признаков принадлежности к полиции. Однажды Фрэнк Капоне совершил ту же оплошность. Вскоре полиция признала ошибку и заказала в Детройте партию желтых Cadillac для детективов.
Защитник Ахерн обстоятельно изложил позицию: «Если полицейский задержит вас даже на мгновение против воли и вы убьете его, – сказал адвокат, – вы виновны не в убийстве, а только в непредумышленном убийстве. Если полицейский использует оружие, можете убить его в порядке самообороны – и ничем не нарушите закон». Боб Кроу и пресса подняли шум, увидев в этом заявлении призыв убивать полицейских. Безусловно, неправомерный арест не дает лицензию на убийство, но принцип, сформулированный Ахерном, был абсолютно верным.
Однако, когда присяжные спросили, могут ли пересмотреть вердикт о непредумышленном убийстве, судья отказал. Какое-то время присяжные не могли прийти к единому мнению: восемь считали, что подсудимые виновны в убийстве, трое – что они виновны в непредумышленном убийстве, один голосовал за невиновность. Наконец, в три часа ночи 12 ноября 1925 года присяжные пришли к компромиссу, вынеся вердикт, что Скализ и Ансельми виновны в непредумышленном убийстве Олсона. Обвиняемые получили по четырнадцать лет лишения свободы.
Судебный процесс по убийству офицера Уолша начался 10 февраля. На этот раз Кроу переложил предъявление обвинения на первого помощника Джорджа Е. Гормана и Билла МакСвиггина. Горман сделал интересное заявление. «Здесь не может быть середины, – сказал он присяжным. – Либо вердикт о повешении, либо оправдание на основании, что убийство совершено в целях самозащиты». Вряд ли Горман хорошо подумал. Учитывая первый приговор, присяжные пришли к заключению, что подсудимые невиновны в убийстве офицера Уолша.
Двое убийц обменялись рукопожатием со своими избавителями и с собравшимися вокруг представителями защитны. Уже после первого судебного разбирательства глухонемая мать офицера Олсона написала: «Этот вердикт – удар по правосудию». Вдова Уолша, глядя на торжественные поздравления, сказала: «Муж и его друг были убиты этими людьми, а теперь вокруг собралась целая толпа, ожидающая очереди, чтобы пожать руки. Я сдаюсь». Она не видела сцену в судебной камере, где Скализ и Ансельми, ожидавшие возвращения в Джолиет по первому приговору за непредумышленное убийство, не скрывая радости, обнимались и ликовали.
23 декабря 1926 года Верховный суд штата Иллинойс пересмотрел дело об убийстве Олсона, считая, что если они совершили умышленное убийство, то четырнадцать лет – пародия на наказание, но если это непредумышленное убийство – наказание чрезмерное. Через месяц убийцы вышли из тюрьмы, заплатив $25 000. 9 июня 1927 года, за четыре дня до второй годовщины убийства, начались новые слушания. Через две недели присяжные решили, что Скализ и Ансельми просто защищались, как и заявляла защита, от «необоснованной полицейской агрессии». Подсудимые были оправданы. Они вышли на свободу и прожили почти два года, прежде чем Капоне убил их.
Между тем противостояние Капоне и Самутса Амматуны закончилось в 7.30 вечера 10 ноября 1925 года, через год после убийства О’Бэниона.
Амматуна зашел в парикмахерскую на Рузвельт-роуд, перед тем как отправиться вместе с невестой Роуз Пекорара и еще одной парой послушать «Аиду». Не успел он встать с кресла, когда в помещение вошли двое мужчин – один высокий, другой, наоборот, маленького роста. Сначала раздался один выстрел, затем еще четыре. Пуля попала Самутсу в шею. Второй также выстрелил четыре раза. Выскочив наружу, убийцы сели в ожидавший автомобиль. 13 ноября Амматума умер в возрасте двадцати шести лет.
