— Но кроме этого в лагере было весело? — спросила она.
— Думаю да, — даже в семь лет у Хантера была мрачная, обдуманная бесстрастность. Вероника думала, что это было побочным эффектом взросления в доме, где было слишком много секретов. Она по опыту знала, что тихий ребенок, который может подслушивать и молчать об этом, может узнать больше, чем любопытный. — Мне не понравилось плавание на каноэ. Но я был лучшим скаутом в Захвате флага. И я научился играть на гитаре.
— О да? Ты мне что-нибудь сыграешь?
— У меня пока нет гитары. Мама сказала, что может на Рождество. Они дорогие.
Лиэнн и Хантер вернулись в Тусон в апреле, после того как все улеглось после аферы Таннера и Авроры. Таннер сейчас отбывал двухлетний срок в тюрьме Айронвуд за вымогательство и препятствование правосудию. Между тем, Аврора вышла по УДО, но ее обязали к терапии. Лиэнн получила опеку, хотя Вероника не была уверена, зачем ей это. В нежном возрасте шестнадцати лет Аврора не только согласилась подделать свое собственное похищение, чтобы украсть выкуп, но также обманула отца, чтобы исчезнуть с деньгами и повесить все на него. Лиэнн поместила ее в лечебное заведение с проживанием для подростков с «антисоциальным поведением», что для Вероники казалось верным, она ударила Веронику током из ее же шокера прежде чем обсудить достоинства ее убийства и вышвыривания ее тела в пустыне.
С тех пор как они уехали, у Вероники только раз получить съездить в Тусон, но она старалась общаться с Хантером по «Скайпу» по крайней мере раз в две недели. Потом в июле он уехал в лагерь на две недели, опыт, за который она тихо помогла заплатить. Лиэнн едва сводила концы с концами. И после долгов, вызванных юридическими услугами для Таннера и Авроры и ценой за терапию Авроры, для Хантера не особо много оставалось.
Вероника мысленно отметила, что нужно обсудить гитары с матерью. Она может найти не новую и отправить ее им, может, оплатит учителя. Даже спустя все это время, Вероника не собиралась выписывать чек Лиэнн.
— Что ж, ты хочешь знать чем я занималась последние пару недель? — спросила она.
— Чем?
Она подняла Пони с ее собачей кроватки, в которой она спала, и поднесла к камере. Щенок заспанно моргал.
— Пыталась убедить моего нового соседа перестать писать на ковер!
Глаза Хантера округлились.
— У тебя собака?
— У нас собака, — подтвердила Вероника.
Он отвернулся от камеры.
— Мам! Мам, иди сюда, у них собака!
Даже сейчас Вероника инстинктивно напряглась, когда Лиэнн появилась на экране. Старые привычки тяжело уходят. Лиэнн, которая преследовала ее в юности, исчезла. Женщина, которая осушила фонд на обучение Вероники одиннадцать лет назад, теперь была другой. Она улыбнулась Веронике почти застенчиво.
— Привет, дор… Вероника. — Лиэнн поправила себя. — О боже, кто это?
— Это, — сказала Вероника, — моя Пони. И я подумала… может, когда закончится это дело, над которым я работаю, я возьму пару дней, приехать к вам. Я могу взять с собой щенка. Может, Логан сможет тоже приехать. Я бы хотела познакомить тебя с ним, Хантер. Мне кажется, он тебе понравится.
Хантер посмотрел на мать.
— Можно, мама?
— Конечно, дорогой. В любое время, — мягко сказала Лиэнн.
Это было странно, видеть Лиэнн и Хантера рядом. Они были похожи, как и Вероника с матерью. У них всех были светлые волосы, тонкие черты лица. Она всегда была ближе к отцу, даже в детстве, но существование Хантера как-то напомнило, что она была дочерью Лиэнн в той же мере, что и Кита, неважно какие напряженные были у них отношения.
Ее телефон неожиданно запиликал на диване рядом с ней. Она подалась вперед, чтобы посмотреть кто это.
Лаборатория Нептуна.
Она опустила Пони на пол.
— Мам, Хантер, мне жаль так быстро прерываться, но мне нужно ответить. Это по работе.
— Не проблема, — сказала Лиэнн. — Может мы сможем поговорить в следующие выходные.
— Привези с собой собаку! — прокричал Хантер, махая.
— Пока! — она улыбалась в камеру пока соединение не сбросилось. Потом она схватила телефон.
— Здравствуйте, мисс Марс. Это Фил Кертис из лаборатории. Мы только что получили результаты по образцам, которые вы нам прислали на этой неделе.
— И?
Последовала недолгая пауза, а затем:
— Совпадение.
Вероника мчалась по шоссе в Сан-Диего, окна были опущены и радио выключено, чтобы она могла подумать. Ее пальцы сжались вокруг руля. Он попался. Никакие из нематериальных, косвенных улик — сумка, автобус, машина — не имели значения. ДНК не врет.
Было почти три, когда она приехала в штаб полиции Сан-Диего. Детектив Лео Д'Амато стоял и ждал ее перед входом. Он держал две чашки кофе.
Она взяла протянутую чашку.
— Ты его взял?
— Да, он в третей комнате для допросов. Сейчас он разговаривает со своим адвокатом.
