Девять. Столько было на часах утром того же дня, когда с ней связался Диклан Линч, чтобы обсудить неотложное дело. «Я бы предпочел вести этот разговор по самой безопасной линии, – пробормотал он. – Вопрос требует предельной осмотрительности». Кармен ответила, что по случайному совпадению сейчас находится в Бостоне, и предложила встретиться лично. Она была невыразимо благодарна, что именно ей ранее в этом месяце пришлось звонить по поводу Ронана Линча. А теперь он опаздывал.
– Мисс Фарух-Лейн?
Диклан Линч стоял у ее столика. Он был похож на своего брата Ронана, но с отшлифованными краями и без характерных запоминающихся черт. На нем были аккуратные, приличные брюки; аккуратный, приличный шерстяной свитер; аккуратная, приличная растительность на лице и отличные туфли. Ни один стежок его одеяния не казался неуместным в этом фешенебельном кафе, полном разговорчивых студентов из Тафтса и сонных ординаторов.
– Я не видела, как вы вошли, – сказала она.
– Через черный вход.
Кармен заметила, что он озирается по сторонам, однако обнаружила это только потому, что пристально за ним наблюдала. У него хорошо получалось. Многолетняя практика паранойи.
– Прошу прощения за опоздание. Я должен был убедиться, что за мной не следят.
Фарух-Лейн не могла в это поверить. Он был здесь. Как и обещало видение Лилианы, но ее предсказания обычно интерпретировали Модераторы, а не она, и предназначались они исключительно для убийства Зетов, а не для более тонких задач.
– Конечно. Могу я предложить кофе?
– Нам следует быть краткими, – сказал Диклан вместо ответа. Его голос звучал неразборчиво и немного гнусаво; он словно объявлял повестку дня на собрании. – Неразумно испытывать судьбу.
Восемь минут – столько времени потребовалось Диклану Линчу, чтобы изложить свою точку зрения.
– Я люблю брата, – начал Диклан. – Поэтому знайте, когда я произнесу следующую часть, я делаю это из чувства привязанности: Ронан – последователь. Ему всегда нужен был герой для подражания. Когда он был ребенком, то боготворил нашего отца. Когда учился в школе, это место занял его лучший друг. А теперь брат явно идеализирует этого Брайда. Он не способен рождать идеи самостоятельно. Знаю, звучит плохо. Еще раз напомню: я люблю брата. Всем сердцем. Поэтому заявляю на полном серьезе: не он ваша проблема. Уберите Брайда, и Ронан станет прежним, тем, кем был всегда, парнем, который планировал вернуться в Вирджинию, чтобы возиться с машинами, грязью и коровьим дерьмом. В тот раз, когда вы видели их вместе, кто руководил шоу? Брайд, не так ли? Не мой брат. И не Джордан Хеннесси. Чье имя неделя за неделей украдкой шептали на каждом углу? Брайда.
Фарух-Лейн вздернула подбородок.
– Мы договорились. Цель – Брайд.
– Договорились? Потому что я хочу быть уверен, что вы понимаете, почему я сижу за этим столом.
Однажды коллега по работе в «Альпин Файненшиал» сказал Фарух-Лейн, что с точки зрения неврологии большинство людей воспринимают себя в будущем совершенно другими людьми и поэтому относятся к ним с меньшим сочувствием, как к незнакомцам. Однако люди, добившиеся успеха, видели себя в настоящем и будущем как единое целое и поэтому оказались способны принимать более взвешенные решения. Фарух-Лейн сразу же решила, что ее работа в качестве финансового консультанта заключается в том, чтобы устранить разрыв между этими двумя «я».
Она сократит разрыв для Диклана Линча.
– Вы здесь, чтобы убедиться, что у вашей семьи есть шанс на полноценную жизнь, – со спокойной уверенностью произнесла Фарух-Лейн. – Вы здесь, чтобы убедиться, что для них действительно существует мир, в котором они смогут спокойно жить. Вы здесь, поскольку увидели в Брайде то, что вас напугало, и хотите, чтобы брат был подальше от него, потому идеи этого человека не то, за что выступает Ронан, и вы не хотите, чтобы вся его жизнь характеризовалась одним неверным поступком. Вы разговариваете со мной, потому что понимаете, что у вас нет возможности справиться с этим самостоятельно. Ты здесь, потому что ты хороший брат.
Губы Диклана дрогнули. Он был достаточно хитер, чтобы понимать, что и она непроста, но спорить не стал.
– Мой брат не должен пострадать, – сказал он. – Я хочу услышать, как ты это пообещаешь.
Подобные слова ничего бы не значили, если бы она осталась с Модераторами, но она не осталась.
– Даю слово, – ответила Фарух-Лейн.
Семь три, Парк Драйв, Бостон, Массачусетс. Вот и все, что было написано на карточке, которую Диклан, вставая, протянул через стол.
– По этому адресу они должны встретиться с Мэтью. Прошлой ночью Брайд упомянул, что у него не осталось грез, которые он использует против людей, и не будет, пока они не выберутся из города. Это правда, что ты убила родного брата?
Вопрос застал ее врасплох.
– Ты не единственная, у кого имеется доступ к информации, – вкрадчиво сказал Диклан.
– Мой брат был серийным убийцей, – ответила она. – И Зетом. Я не нажимала на курок, но да, я помогла его найти. Твой брат не серийный убийца. Он просто Зет.
