Навязчивые мысли преследуют молодого человека. Он поддается провокациям с их стороны и начинается история. Говорят, что не следует пренебрегать помощью психиатров. К тому же, иногда лучше оставить беспорядок, ради спасения жизни.
Проверяю, не забыл ли избавить розетку от штекера, и стремительно возвращаюсь в дом, с навязчивым испугом осознав, что розетки то было две: одна отвечает за роутер, а вторая за что-то другое, но не менее значительное. Подойдя вплотную к выходной двери, вдруг останавливаюсь и начинаю бороться с беспокойным воображением, которое самоуверенно утверждает, что ему послышался недалекий звук поискривания где-то в области зала. Но ведь я ничего не слышу! Или же слышу, но просто делаю вид, что принял все меры предосторожности… Проверить всё-таки стоит от греха подальше.
Впопыхах стаскиваю любимые черные ботиночки и швыряю их в угол. Они, то есть ботиночки, издают ослепляющий отражением шик, ведь занимаюсь я обработкой их носов ежедневно. Или даже ежечасно, а может быть ежеминутно, ведь предел совершенству найти нереалистично, но время для придания опрятной красоты внешнему виду всегда найдется.
Атлетически забегаю за угол правой руки шкафа и вдреливаюсь взглядом в те самые две розетки, однако, к счастью, или, к сожалению, они оказываются опорожненными. Только четыре искривлённых пространством черные дыры, являющиеся представителями электрической касты – взирают на меня насмехающимся, но опустевшим взглядом.
Наконец-то позволено вздохнуть полной миазм грудью и посмешить к рутинным делам, но не тут-то было. В мой танцующий венами висок попадает пуля! Фантастика, сознание не потерянно, и жизнь из меня не утекла, если есть возможность каким-то образом определить истинное нахождение на шаре земном.
Двусантиметровый патрон выглядывает из глубины левого веска, а я вылупив удивленный взгляд смотрю на его зеркальное отражение. Надо бы попытаться аккуратно вынуть инородное тело из физического тела, при этом попутно не истечь кровью. Настораживает не сам факт появления множественных луж крови на свежевымытом полу, а последующее отдраивание паркета заново. Благодарен моей педантичности за то, что она приняла правильное решение не стелить персидский ковер китайского производства.
Поставьте себя на мое место! Чтобы лично ты сделал, если бы из твоего виска торчал величественный, мать его, патрон? Мой разум античного класса, потому он принял достойнейшее сенекское решение, и резким греко-римским выпадом вынул потусторонний предмет из моего тела.
Никаких волн боли не последовало!
Странно, но струйка крови не хлынула единичным потоком, зато удерживая шелушащуюся железку в руках, заметил что она обернута листочком исписанным множеством слов. Любопытство всегда побеждает осторожность, потому я развернул бумажку и принялся скрупулезно расшифровывать неровный почерк, ожидая что за символами скрывается напутствие верхов или угроза низов.
На секунду ощутил себя новым пророком, совсем позабыв, что подобные особи наличествуют в каждом государстве. Однако радость имеет наконечник и сменяется разочарованием, уже оно в свою очередь заменяется страхом, ведь буквы трансформировались в предложение – “Проверь, выключен ли газ!”.
Господи, спасибо!
Оказывается это не послание и не напутствие вовсе, а спасательное предупреждение, следовательно, проигнорировать его значит быть прибитым мебелью, после чего тебя встречает тьма и старик Аид.
Пять секунд и семь шагов спустя, мои ноги находились подле белоснежной газовой плиты. Плита была в стаде противоборствующем электрическому царству, так как участвовала в затухающей газовой экспансии. Зеленые уже на деревьях со своей экологией.
Судорожно принялся покручивать конфорки, надеясь подобрать идеальное положение для их местоположения, приведя их в выключенное чувство. А какое положение, собственно говоря, можно с уверенностью оскорбить правильным и верным? Если повернуть слегка вправо, при этом вложив одну четверть усилий в нажимное движение, то тогда возникает риск утечки, чего не хотелось бы соседям, но я бы не отказался. Развернув положение конфорки в левое направление, она в свою очередь прекращает пьяное покачивание от легких прикосновений, и эта позиция внушает доверие, но не избавляет от беспокойства, так как находится вне предписанной инструкцией ситуации для глубокого сна.
Сколько раз в день мне приходится подобным образом тратить драгоценные минуты жизни на эту чертову плиту? Настырная и наседчивая мадмуазель, никак не хочется оставить мои мысли в покое и навязывается, и насиживается на ключицу, и шепчет, и шепчет, и…
Есть ли шанс уничтожить в себе щекотливость и бережливость? Обогатить характер чертами беспечными и волнообразными, вспыльчивыми и безрассудными. С моим разумом в тандеме такие изменения из жанра фантасмагории.
