Запыхавшийся министр вбежал во двор своего дома, прижимая ладонь к месту пореза на шее. Солнце уже давно село, наступил вечер. Темнота еще больше помрачала его разум. Он со всей силы толкнул дверь. Хоть Сэхун и был испуган и перепачкан в крови, ярость в нем не утихала.
– Я уничтожу этого идиота!
Однако, увидев беспорядок в комнате, он осекся. Шкатулка, в которой лежали сбережения, была пуста. Все золотые слитки пропали. В глазах Сэхуна появилась растерянность. Он понял, кто стоит за всем этим. Вместе со слитками пропала и Гэхян, его любовница. Он позвал ее, но никто не ответил. Вместе этого кто-то открыл по нему огонь. Пули со свистом пробивали стены.
Испугавшись оглушительных выстрелов, он упал на пол и какое-то время не двигался. Бах – и рядом разбилась керамическая ваза. Он пополз в дальний конец комнаты и открыл коробку, спрятанную за ширмой. В коробке лежали пистолет и винтовка. Сэхун схватил пистолет и в отчаянии бросился на улицу.
Это нападение устроили Юджин с Сынгу. Они побежали в противоположные стороны. Юджин незаметно прокрался в дом и засунул в глиняный кувшин документ, который так желал найти император. Он понимал, что́ теперь ждет министра, но сделал это без каких-либо сожалений.
– Кто там? Это нападение! Зовите полицию! – кричал Сэхун.
Он кричал так громко, что сбежались все слуги. Напуганный министр начал крутить в руках пистолет, которым даже не умел пользоваться, и случайно выстрелил. Пуля попала в рядом стоящую служанку, она вскрикнула и упала на пол, но Сэхуну не было до этого дела. Единственное, что его беспокоило, – собственная безопасность. Жизнь служанки была для него не важнее разбитой вазы на полу.
– Не стойте как вкопанные! Скорее приведите полицию! Встаньте вокруг меня и защищайте. Живо!
Люди начали обступать Сэхуна, однако один из слуг поднял раненую девушку и пошел к двери, собираясь отнести ее к лекарю. Министр начал кричать и нацелил на него пистолет. Раздался выстрел. Пуля вошла в руку Сэхуна, и он выронил пистолет. Это с крыши выстрелил Сынгу.
С громким звуком открылись ворота во двор, и вошли полицейские, несшие факелы. Прижимая рукой рану, Сэхун пошел им навстречу. Ему казалось, что опасность миновала.
– Наконец-то пришли… А что вас привело сюда? – спросил Сэхун, увидев во главе процессии помощника императора.
Сэхун почувствовал что-то неладное.
Чонмун отдал приказ:
– Обыщите дом! Не забудьте проверить каждый сундук и вазу. Схватить Ли Сэхуна и поставить на колени!
Министра схватили, хоть он и пытался сопротивляться.
Ранее Юджин заключил сделку с Чонмуном. Он решил подставить министра. Документ, который так отчаянно ищут Япония, Россия и Чосон и который может уничтожить или спасти Чосон, найдут в доме министра. Измена – самое тяжкое преступление, а потому Сэхун умрет как предатель и изменник.
Сэхун был в замешательстве. Некоторое время спустя один из полицейских вынес глиняный кувшин, в котором лежал документ, и передал помощнику императора. Чонмун разбил кувшин об пол и поднял бумагу. Сэхун в ужасе переводил взгляд с осколков горшка на документ и обратно.
– Говоришь, в доме был вор? Ты украл то, что принадлежит Чосону, а значит, вор здесь только ты.
– Нет! Меня подставили! Посмотрите, в меня стреляли!
– Его Величество император Чосона.
Не успел Сэхун начать оправдываться, как возвестили о прибытии императора. В окружении свиты император с достоинством вошел во двор. Все выстроились в ряд, чтобы поприветствовать императора.
Сам император пришел убедиться в измене министра. Конец его жизни будет таким же мрачным, как и сегодняшняя ночь. Жизнь Сэхуна, полная достатка, власти и безнаказанности за чужую пролитую кровь, была окончена. Теперь его ждала только смерть.
Юджин наблюдал за всем с крыши. Ему не было ни радостно, ни печально. Его месть свершилась, теперь Сэхун потерял все и умрет как предатель.
– Так вот как выглядит император этой страны, – прошептал Сынгу.
Стрелок стоял рядом с Юджином на крыше и нацелил ружье на императора, который покинул его давным-давно и которому было плевать, что станет с пленными после сражения с американцами. Сынгу считал его врагом. Юджин остановил Сынгу, схватившись за ствол ружья.
– Я не знаю твоей истории и твоей боли, но думаю, одного изменника на сегодня достаточно.
Руки Сынгу дрожали. Император останется его врагом, но все же он был правителем страны, которую Сынгу хотел защищать.
Юджин, любовавшийся замерзшей рекой, обернулся, услышав позади шаги. Холодный ветер коснулся пореза у него на щеке. Сердце его затрепетало, когда он увидел Эщин. Девушка подошла к нему, но, увидев рану на щеке, удивленно спросила:
– Ты ранен? Что случилось?
– Поранился… во время тренировки. Ничего страшного.
Эщин ласково улыбнулась мужчине:
– Река замерзла, мы можем прогуляться.
Юджин улыбнулся и кивнул.
Они молча шли по замерзшей реке. Время, которое они проводили вдвоем, было бесценно для них.
– Вечером в городе что-то произошло. На площади собралась толпа, и мне пришлось идти обходными путями.
