Мистер Вуду так задумался и распереживался, что не пошел, как это было у него в обычае, любезничать с хорошенькой мисс Дюмон из газетного киоска напротив супермаркета, а отправился прямиком к набережной Поншартрен. Там он постоял немного, глядя на то, как блестит на солнце вода, поправил шляпу, поглазел по сторонам и, увидев знакомую крысу, сидевшую под набережной и чистившую усики, вежливо с ней поздоровался. Крыса поглядела на Мистера Вуду недовольным взглядом и не поздоровалась. Это была пожилая, строгих нравов крыса, и она очень не одобряла невезучесть, тем более что, как вы наверняка знаете, невезучесть – вещь очень заразная. Тогда Мистер Вуду пошел гулять дальше и гулял, гулял и гулял почти до самого вечера, так что ноги у него загудели, а в животе заурчало. Но на душе у него все равно было как-то неловко, как будто какая-то ниточка из тех, что скрепляют наши внутренности наподобие веве, распустилась и что-то вот-вот оторвется и упадет прямо на землю. И к тому же он потерял булавку от галстука, которую носил на шляпе. Булавка эта, конечно, уже давно держалась не особенно крепко и все время норовила выскочить из-за резинки на тулье, к которой была прицеплена, но потеряться решила именно сегодня – и это уж было форменное невезение!
Так что, когда en fin d’apre`s-midi[54], Мистер Вуду вернулся домой, невезучесть, распространяемая куклой, уже была видна сквозь стену второго этажа и постепенно спускалась вниз. На кухне Пожилая Миссис Вуду сердито смотрела на ничего не показывающий телевизор, и Мистер Вуду даже ему посочувствовал. Телевизор и сам был расстроен – он очень не любил огорчать Пожилую Миссис Вуду с волосами белыми и мягкими, как буклированная пряжа, особенно, когда шло «Шоу Опры», но невезучесть поразила его в самую антенну, стоявшую на крыше, и телевизор ничего не мог поделать. Маленький Мистер Вуду тоже сидел на кухне, морщился, пил молоко с содой и хлюпал носом. Маленький Мистер Вуду любил хлюпать носом, потому что при насморке это было единственным его развлечением, но в этот раз даже хлюпалось ему как-то неловко.
Мистер Вуду поднялся наверх и посмотрел на Ужасно Невезучую Куклу-пирата по имени Мизерабль. Она сидела на самом краю полки для кукол, а остальные куклы Мистера Вуду перекосились и попадали, как будто кукла их толкала, пихала и дралась или как будто они хотели от нее убежать.
– Вредная, вредная кукла! – отчитал Мистер Вуду Ужасно Невезучую Куклу-пирата по имени Мизерабль, поднял ее и сунул в карман своего Костюма.
Невезучесть сразу же принялась за Костюм Мистера Вуду, но Костюм был и сам не промах, так что тут можно было некоторое время не опасаться. Мистер Вуду спустился по лестнице, где каждая ступенька под ним скрипела особенно жалобно, открыл заднюю дверь и вышел на крыльцо. Там Мистер Вуду достал из кармана Ужасно Невезучую Куклу-пирата по имени Мизерабль, ножницы, зажигалку и жидкость для розжига барбекю.
К тому моменту, как он закончил, невезучесть покинула округу, задержавшись немножко только у Шеннонов, Маленький Мистер Вуду весело хлюпал уже совсем не таким сопливым носом и болтал ногами на стуле, а Пожилая Миссис Вуду с волосами мягкими и белыми, как буклированная пряжа, досматривала «Шоу Опры».
Пожилая Миссис Вуду с волосами белыми и мягкими, как буклированная пряжа, часто пеняла Мистеру Вуду на то, что он очень несерьезен. Так вот обычно ставила перед ним с утра тарелку с яичницей и говорила:
– Дорогой, очень уж ты несерьезен!
А Мистер Вуду всегда на это отвечал:
– Спасибо, мамуля! – и стелил себе на колени салфетку. Мистер Вуду был воспитанный джентльмен и всегда стелил на колени салфетку, когда собирался есть яичницу, даже если это было глубокой ночью. Но про Мистера Вуду и холодильник я вам расскажу отдельно, только вы мне напомните. Маленький Мистер Вуду тоже обычно был очень несерьезен, если только не делал математику или не учил французский, но к нему у Пожилой Миссис Вуду претензий не было. Разве что она неодобрительно относилась к использованию каури[55] для решения задачек.
