Уже рано утромъ Іоганнъ Нагель весело напвалъ и посвистывалъ въ своей комнатк. Во время одванія онъ насвистывалъ веселые мотивы, словно чувствовалъ себя совершенно въ своей тарелк. Весь предыдущій день онъ былъ тихъ и молчаливъ посл той здоровой выпивки, которую онъ устроилъ въ субботу вечеромъ, когда у него сидлъ Минутта; медленно шагалъ онъ взадъ и впередъ по своей комнат и выпилъ огромное количество воды. Въ понедльникъ же, даже выходя изъ гостиницы, онъ все еще напвалъ и имлъ весьма довольный видъ. Въ порыв свтлой радости онъ заговорилъ съ женщиной, стоявшей на крыльц, и далъ ей пять кронъ.
— Можете вы мн указать, гд бы мн достать скрипку? — спросилъ онъ. — Не знаете ли вы, не играетъ ли кто-нибудь здсь въ город на скрипк?
— Нтъ, не знаю, — отвчала женщина съ удивленіемъ.
Она не знала, а онъ все-таки далъ ей отъ радости пять кронъ и поспшно пошелъ дальше. Онъ увидалъ Дагни Килландъ; она вышла изъ лавки и шла подъ своимъ краснымъ зонтикомъ. Онъ тотчасъ направился ей навстрчу. Она была одна. Онъ низко поклонился и заговорилъ съ ней. Она мгновенно покраснла, какъ и всегда, и, чтобы скрыть это, прикрылась зонтикомъ.
Прежде всего они заговорили о своей послдней прогулк въ лсу. Съ ея стороны это все-таки было, собственно говоря, немножко легкомысленно, потому что она слегка простудилась, несмотря на то, что погода была теплая; она и сейчасъ еще не совсмъ оправилась. Она сказала это чистосердечно и просто, какъ-будто обращалась къ старому знакомому.
— Но вы не должны въ этомъ раскаиваться! пожалуйста, — сказалъ онъ тотчасъ безъ околичностей.
— Нтъ, — отвчала она съ удивленнымъ лицомъ, — нтъ, я не раскаиваюсь, съ чего вы это взяли? Напротивъ, я нахожу, что это была чудная ночь, хотя я все время боялась блуждающаго огонька, о которомъ вы разсказывали. Мн онъ даже снился страшный сонъ!
Тутъ они немного поговорили о блуждающемъ огоньк; Нагель болталъ сегодня съ удовольствіемъ и признался, что и самъ подверженъ припадкамъ нмого страха передъ нкоторыми вещами, такъ что часто, напримръ, не въ состояніи взойти на лстницу, не оглядываясь на каждомъ шагу, чтобы убдиться, не идетъ ли кто за нимъ слдомъ? Что это значитъ? Что это можетъ быть! Нчто мистическое, странное, непостижимое для жалкой, "всевдущей" науки, которая слишкомъ груба для этого, дыханіе невидимой власти, воздйствіе слпыхъ силъ жизни.
— Знаете ли вы, — сказалъ онъ, — что въ настоящую минуту мн бы страстно хотлось свернуть изъ этой улицы въ другую, потому что вотъ эти дома, эта куча камней, эти три грушевыя дерева внизу, въ саду мирового судьи, производятъ на меня въ общемъ отталкивающее впечатлніе, наполняютъ меня смутнымъ страданіемъ. Когда я иду одинъ, я никогда не прохожу по этой улиц, я обхожу ее, даже если приходится сдлать крюкъ. Что это значитъ?
Дагни засмялась.
— Не знаю, — отвтила она, — но докторъ Стенерсенъ назвалъ бы это, наврно, нервностью и предразсудками.
— Совершенно врно, именно таки онъ это и назвалъ бы! Ахъ, какая страшная глупость! Представьте себ, что вы прізжаете вечеромъ въ чужой городъ, скажемъ, хоть въ этотъ городъ; это все равно. На другой день вы совершаете прогулку по улицамъ, чтобы познакомиться съ городомъ. Во время этой прогулки вы отчетливо чувствуете таинственную непріязнь противъ такихъ-то улицъ, такихъ-то домовъ, между тмъ, какъ въ другихъ улицахъ, у другихъ домовъ вы испытываете радостное чувство благополучія и пріязни. Нервность! Но допустимъ, что у васъ не нервы, а канаты, что вы собственно даже понятія не имете, что такое нервы! Дальше: вы идете по улицамъ, вы встрчаете сотни людей, которые равнодушно проходятъ мимо васъ; но вдругъ, — когда вы спускаетесь внизъ по набережной и останавливаетесь передъ жалкимъ, одноэтажнымъ домикомъ съ окнами безъ занавсокъ, а только съ нсколькими блыми цвтами на подоконникахъ, — навстрчу вамъ попадается человкъ, который тотчасъ въ силу чего-то бросается вамъ въ глаза. Вы смотрите на этого человка, и онъ смотритъ на васъ; въ немъ нтъ ничего необыкновеннаго, кром того, что онъ бдно одтъ и немного сгибается при ходьб; вы въ первый разъ въ жизни сталкиваетесь съ нимъ, и у васъ внезапно является странная мысль, что этого: человка зовутъ Іоганномъ. Непремнно Іоганномъ. Почему вы думаете, что его зовутъ именно Іоганномъ? Этого вы не можете объяснить, но вы это видите по его глазамъ, замчаете по его движеніямъ, слышите по шороху его шаговъ; и это происходитъ не отъ того, чтобы вы когда-нибудь раньше встртили человка. похожаго на него и котораго звали Іоганномъ; нтъ, не отъ того, потому что вы никогда никого не видали, кого напоминалъ бы вамъ этотъ человкъ. И вотъ вы стоите со своимъ удивленіемъ и своими мистическими ощущеніями и ничего не можете объяснить себ.
— А вы здсь въ город встртили такого человка?
