– Так что же нам делать? Уехать? – спросила мама Вуди. – И куда? Да и сама идея бегства мне не нравится.
– Нет такого места, где бы вас не нашли, – сказал ей Бен. – Особенно если кто-то с возможностями Перселла захочет вас найти.
– Нам нужен план, – заявил Вуди. – Так всегда поступают герои романов, когда оказываются в серьезной беде. Они составляют тщательный план.
Вуди встал с дивана. Кипп тоже спрыгнул на пол.
– Вчера миссис Брикит испекла потрясающие булочки. Хотите попробовать? Может, к ним еще и кофе сделать?
Невзирая на усталость и беспокойство, мама Вуди, к своему удивлению, засмеялась и сказала:
– Вудро Юджин Букмен, ты только посмотри на себя. Настоящий хозяин дома.
Лицо Вуди залилось румянцем, но это было совсем другое смущение, не то, от которого он так долго страдал.
– Я умею пользоваться кофемашиной, – объявил он и поспешил на кухню, сопровождаемый Киппом.
Ветер был голосом безумия. Хейдену Экману казалось, что он слышит доносящийся из темноты крик бешеного койота, демонический вой гиены и смех злого клоуна Шекета. Сбежавший был быстр и неудержим, как ветер, неуловим, словно дождь, собиравшийся со вчерашнего дня. Шекет растворился в ночи, как Дракула из старых фильмов: закутался в плащ, обернулся летучей мышью и исчез.
Вдоль южной стены больницы, от места падения с третьего этажа, тянулся кровавый след, который через сорок футов обрывался. В этом месте сейчас и стоял шериф, прислонившись к стене здания и дожидаясь, пока трое полицейских с мощными тактическими фонарями осматривали бетонный тротуар и асфальтированную парковку, выискивая дальнейшие следы крови.
В свою бытность адвокатом Экман рисковал разве что лишением адвокатского статуса. За пять лет службы в полиции обычно тихого и спокойного округа Пайнхейвен ему ни разу не пришлось применять оружие. Он никогда не стоял под дулом чужого пистолета. Он считал, что его четырехлетняя служба в должности шерифа окажется чем-то вроде приятного времяпрепровождения с многочисленными возможностями для самообогащения, различными почестями от благодарных бизнесменов и благотворительных организаций. Плюс к этому уважение, проявляемое к служителям закона, и особое внимание женщин, обожающих мужчин в форме.
А вместо этого… не прошло и девяти месяцев его первого года службы, как он стоит, прижимаясь к стене. Сжав рукоятку пистолета в кобуре, он нервозно озирается по сторонам и ждет, что на него вдруг выскочит голый маньяк. И не просто голый маньяк. Голый маньяк, который сумел порвать ремни, исключавшие возможность побега, одолел вооруженного полицейского ростом шесть футов четыре дюйма и весом в двести десять фунтов, пережил падение с третьего этажа на бетонный тротуар и утащил с собой мертвого или тяжелораненого Фентона. Думать о причинах похищения бедняги-охранника Экману совсем не хотелось.
Сейчас, когда в багажнике патрульной машины шерифа лежали триста тысяч долларов наличными и целое состояние в виде бриллиантов, он рисовал себе совсем другое будущее, не похожее на то, которое он планировал, когда боролся за эту должность.
Последние двенадцать часов прошли в сплошном хаосе: три убийства, один сильно покусанный полицейский, вторжение в дом Меган Букмен, смертельно напугавшее ее и сына. И все это – дело рук единственного уцелевшего после катастрофы в Спрингвилле. Теперь жди расследования на уровне штата, а то и общенационального уровня. Пока Хейден Экман остается на своем посту, он сможет как-то повлиять на результаты расследования. Стоит ему уйти, и он сразу же превратится в козла отпущения для бюрократов и политиков, которых правда интересовала еще меньше, чем Хейдена.
Дальнейшие размышления о таком повороте судьбы и невеселом будущем прервало появление полицейского. Фриман Джонсон сообщил, что неподалеку от восточной стены больницы обнаружен форменный ботинок, явно принадлежащий Тэду Фентону – исчезнувшему полицейскому, который охранял Ли Шекета.
Невзирая на то, что он идет туда не один, а с Джонсоном и они оба вооружены, а возле найденного ботинка их ждут еще двое полицейских, шерифу Экману не хотелось быть участником этого расследования. Он бы с удовольствием вызвал начальство и передал бразды правления, однако сейчас он являл собой высшее полицейское начальство округа Пайнхейвен. Это была оборотная сторона его победы на выборах.
Стоянка к востоку от больницы предназначалась для машин персонала. Ветер свистел и шипел, ударяя по полированным корпусам почти трех десятков автомобилей, между которыми или в одном из которых мог прятаться Шекет. Двое полицейских быстро осмотрели машины и доложили, что беглеца здесь нет. Но они были людьми Экмана, которых он взял на службу из-за слепой преданности и полного отсутствия любопытства. Для серьезной работы они не годились.
Фриман Джонсон, служивший еще при Шелдрейке, вызывал больше доверия. Это он в лесу обездвижил Шекета электрошокером. Ботинок нашел тоже он. Сейчас Джонсон вел шерифа мимо машин, к концу стоянки, на дорогу, пролегавшую вокруг больницы.
