В это время Скрябин работал над "Мистерией", которая, по его замыслу, включив в себя идеи разных культур, должна была мистически повлиять на развитие мира искусства в XX веке. Какая неожиданная близость устремлений двух людей, выросших в столь непохожих странах, воспитанных в разных религиях! Они, оба музыканты и мыслители, шли навстречу друг другу по дороге между Востоком и Западом. Очевидно, силы, действующие на этих направлениях, нуждались в таком объединении. Скрябин хотел построить храм для исполнения своей "Мистерии" в Индии, и это была не просто мечта -- шли переговоры о месте и покупке земли. Инайят Хан хотел, чтобы под Парижем, в Сюррен, был воздвигнут Храм единения всех религий и народов. Он даже успел заложить камень в основание этого храма. Мы знаем, что ни тот, ни другой замысел не осуществились. Приходится признать, что гении опережают эпоху, в которой живут, и им, как правило, не дано видеть плоды посаженных ими деревьев. Утешает чудесная притча о старике, который поливал в пустыне плодовое дерево. Проезжавший мимо царь спросил его: "Зачем ты это делаешь, ведь ты не сможешь при жизни насладиться его плодами?" Старик ответил: "Пусть отведают их мои внуки". Царь, которому ответ пришелся по душе, приказал: "Насыпьте ему полную меру золота". Старик улыбнулся и сказал: "Вот видишь, мое маленькое дерево уже начало приносить плоды". Не думая о плодах для себя, эти посланники Духа никогда не оставляют стараний о просвещении других.
Помимо музыкальной деятельности: лекций, концертов, -- Инайят Хан ведет суфийскую работу. Вокруг него в Москве, а потом и в Петербурге собирается кружок тех, кого влекут духовные дисциплины. Ему удалось найти способ перевода суфийских идей и символов на язык, доступный европейцу. Именно тогда среди российской интеллигенции появляются первые суфии. Его уроки, наполненные мудрыми суфийскими притчами, объяснением символов и знаков в природе и жизни, рассказами о путях к вечно столь желанной в России Свободе, которая "есть естественное состояние души и ее цель", привлекали к нему сердца. В России всегда было немало таких, кто, как и суфии, стремился к свободе и готов был пострадать за нее, открыто выражая свое мнение на площади перед "дворцом власти" или на "базаре жизни"... Однако, как всегда все мнения и даже интерес к другим мнениям были под надзором. И не все обладали достаточной смелостью и внутренней свободой. Кое-кто не мог позволить себе открыто посещать духовные занятия Инайят Хана и, желая встретиться с ним, делал это втайне.
Об одной такой тайной встрече с православными священнослужителями в России рассказывает сам Инайят Хан: "Мы поехали на санях, была зима, воздух был холоден и сух, и мы прибыли к таинственному сооружению. Когда мы вошли, высокие двери за нами закрылись, и нас окружили священники и монахи. Мы начали беседу с помощью переводчика. Временами я немного выходил за границы их религиозных обычаев и тогда чувствовал с их стороны некоторую холодность. Но я по сию пору не встречал таких понимающих умов, в которых умещалось все, что касалось мудрости и истины. Они были очень удивлены, что истина также существует в совершенной форме и за пределами их Церкви... Я покинул их, унеся с собой их дружеские чувства и взгляды симпатии".
Вскоре происходит еще одно важное событие: здесь, в России, издается его первая книга -- "Суфийское Послание о Свободе Духа". Из этой небольшой по объему книжки можно почерпнуть совершенно бесценную и достоверную концентрированную информацию по истории и практике суфизма. Интересна история перевода и появления в свет этой книги. Дело в том, что активная деятельность Инайят Хана в России, широкий круг его общения, уроки, вечера заинтересовали и людей из соответствующих заведений. Однажды к нему подошел и попросил разрешения представиться офицер Андрей Балакин. Оказывается, он давно уже имел поручение от своего начальства вести наблюдение за действиями Инайят Хана. И это пристальное наблюдение вызвало обратный эффект: в душе Балакина проснулось горячее желание стать учеником Инайята. "Если Мастер захочет простить мне",-- сказал офицер. На что Мастер ответил: "Ты служишь своему начальству, я служу Моему". И принял Балакина к себе в ученики. Через несколько месяцев тот перевел "Суфийское Послание о Свободе Духе". И не только перевел, но и издал его в то время, когда даже для того, чтобы отпечатать визитные карточки, требовалось разрешение полиции. Было это в 1914 году. К тому времени у Инайят Хана появляются близкие ученики, и он открывает филиал "Суфийского Ордена" в России, представителем музыкального отделения которого становится граф Сергей Львович Толстой.
