Но оказалось, что Степан всё продумал и отремонтировал под наши нужды две избы. Вот в них уже можно въезжать. Правда спали мы буквально вповалку, помещения то небольшие, благо на улице тепло и двери мы оставили открытыми. Иначе задохнулись бы от запахов, выделяемых спящими. Не все любят водные процедуры, предпочитают сполоснуть хмурую рожу утром и всё.
Единственную среди нас даму я определил к Степану, уплотнил временно своего управляющего. Ну а с утра…
С утра мы занялись тем, ради чего приехали. Арсений отправился со Степаном на лесопилку. Там мой старый управляющий будет делиться своим немалым опытом. Мы же с Ерофеем отправились на место, где планируется установка ветряка. Классической конструкцией является вертикальная, это та, с которой воевал галантный кавалер дон Кихот Ламанчский. Тут всё понятно. Но есть более эффективная конструкция. Так называемая башенная. В ней вращается только верхняя часть. То есть если ветер поменял направление и атакует лопасти под острым углом, то достаточно освободить рычаг и чуть повернуть башенный стан и «силь ву пле». Для вращения можно использовать простейшую лебёдку. Для этого вполне достаточно двух человек.
Ерофей одобрил четырёхлопастную систему с рейками вместо парусов. Для этого он вырезал макет размером в человеческий рост и мы установили его на месте будущего ветряка. Так стало ясно, что в случае выхода из строя одной лопасти, остальные будут представлять собой вполне сбалансированную систему.
Также мы испытали макет на прочность. Я решил упростить конструкцию до предела. С горизонтального вала ветряка вращение передаётся с помощью зубчатого колеса на вертикальный вал, приводящий в действие «бегун», это верхний камень жерновов. Зерно поступает на жернова из бункера. На нижний этаж сыпалась уже готовая мука, там будет стоять телега, чтобы сразу подсобники увязывали мешки и грузили. Регулировать тонкость помола можно с помощью рычага. Это понятно.
Вот так, опробовав работу ветряка на макете, мы приступили к строительству. Я тороплюсь, хочу к в конце сентября уже начать завозить зерно. Отчего спешка? Да просто Игнат Трофимович Бахрушин принимает меня пока за прожектёра. Во все времена существовали малохольные, пытающиеся перепрыгнуть самого себя. Так в древней Греции премудрый Икар возомнил себя птицей и плохо закончил. Такие не только толкают прогресс, но и капитально морочат голову окружающим в попытке выбить из спонсора деньги на свои проекты. И хотя Игнат не сильно то и вложился, но помощь мне оказывает. Мне он очень нужен, купец занимает важное место в местных раскладах и если он станет регулярно получать выгоду от моей мельницы, то будет прикрывать меня по мере возможности. Сейчас я тут чужой, но нужно, чтобы меня воспринимали как своего. А для этого необходимо стать полезным.
Весь август и часть сентября мы пахали как проклятые. Ерофей занялся возведением печей в нашем посёлке. Параллельно он сложил кубический котёл из огнеупорного кирпича, здесь у нас тоже задумана смолокурня. Ну согласитесь, глупо не поставить её, имея отходы деревообработки. Это напрашивается само собой. Тем более положительный опыт имеется.
Как же замечательно ничего не делать. Вскоре я заметил, что работы идут, народ пашет и в принципе моего присутствия не требуется. На радостях я взял Скоряту и намылился на охоту. Затем посетил Игната в его огромном доме.
Чисто провинциальный натюрморт, напоминает времена, когда мы жили в Переславле. По двору важно прохаживаются куры. Несколько свиноматок разлеглись в луже и балдеют. Полусонные девки изображают активность, когда из окна раздаётся брань Игнатовой жинки.
— Так значить везти?
— Вези.
— Я привезу, ты сам сказал.
— Вези, пару телег хотя бы. На пробу. Давай рожь, можно ячмень и пшеницу.
Это я обмолвился, что планирую на днях начать помол, вот купец и вскинулся. Он понятие не имеет, что у нас выйдет, но рискнул мне доверится.
Я уже порасспрашивал, чисто белую пшеничную муку едят не так часто. Даже бояре с удовольствием кушают ржаной хлеб. Но к нему в муку можно добавить ячную, то есть ячменную. А белая больше шла в калачи, караваи и сдобу. Видов муки много — кроме обычной употребляли также крупчатую и толчёную. Вообще русский народ хлебушек любит. От громадных пирогов и кулебяк до малюсеньких пирожков. И всё это с самой разнообразной начинкой. Вот бы уломать Игната открыть ещё пекарню. И там печь всю эту вкуснятину. Можно сложить удобную печь. Здесь не паханное поле, осталось только не испортить о себе впечатление.
